— Излучение проходит через объект так же, как через среду в его отсутствие, — кивнул я, вспомнив статью из какого-то научного журнала, читанного ещё в приюте. В нём выдвигались различные варианты создания так называемых плащей-невидимок без помощи магии.
— Ну, можно и так сказать. Но в этом случае мы можем расширять площадь невидимости за счёт энергии ядра. Догадываешься, зачем я тебе это говорю?
— Да. Мы вчетвером проникаем в дом под «вуалью» и прижимаем Измайлова.
— Я бы поступил проще. Договориться о встрече на нейтральной территории гораздо безопаснее, чем проникать в чужой дом. Понимаешь? Я не говорю о невозможности. Вопрос стоит в другом. Захочет ли он с нами вести переговоры?
— Куан, ну ты же неглупый человек, — я укоризненно поглядел на щурящегося корейца. — Как будто сам не знаешь, что Измайлов просто проигнорирует меня, а затяжка времени играет против Арины. А потом, когда неожиданно в твоём доме появляются какие-то люди и ведут разговор так, как выгодно им, гораздо быстрее становишься покладистым.
— Молочные зубы выпали, начали прорастать клыки, — рассмеялся Куан и хлопнул меня по плечу. — Тогда вставай, будем учиться накидывать «вуаль». Потому что в дом пойдёте втроём, а у меня будет другая задача…
Техника «чёрной вуали» оказалась не такой трудной, и овладеть ею удалось довольно быстро. Энергия ядра полностью покрывала потребности ментального скрыта, даже с избытком. Со стороны это гляделось как колыхание воздушных масс на пустынной трассе в жаркий день. А ночью так и вообще ничего не будет видно.
На территорию усадьбы мы проникли перед сменой караула, когда те, кого сменяют, расслабляются в предвкушении отдыха. Но сначала мы переплыли речку, спрятав одежду в непромокаемых мешках. С лодкой заморачиваться не стали. Много возни с ней. А так — вылезли на берег, обсохли, натянули на себя всё сухое — и дальше шуруй.
Куан превратился в кумихо и прыгнул в кусты. Через несколько минут началось оживление. Забегала охрана, взбудораженная нарушением внутреннего периметра. Наставник коварно разряжал сигналки, чтобы мы могли спокойно пройти до особняка. Я создал «вуаль» и накинул на нашу маленькую группу. Кабинет Измайлова находился на втором этаже, как нам удалось установить во время слежки. А где рабочая зона Главы, там должны быть и личные апартаменты. Обычные требования аристократов к строителям. Да взять мой особняк. Семейные комнаты находятся на втором этаже, к личной спальне примыкает кабинет, чтобы ножки зря не топтать. Никто оригинальностью не отличается.
Я немного слукавил. Дело в том, что у Мишки Кочубея в Коллегии архитекторов работал двоюродный дядька, и через него у меня оказался план особняка Измайловых, датированный девяносто пятым годом. Дворец в том году пережил капитальную перестройку, планировка кардинально поменялась, но только на первом этаже. Второй не трогали, поэтому нам было легко проникнуть через один из чёрных ходов сразу в коридор семейного крыла.
Главу Рода мы решили ждать в спальне, правда, изрядно напугав Екатерину Ярославну, когда туда ввалились Рахимбек и Нечай. Правильно я взял с собой мага, он сумел нейтрализовать несколько конструктов и накрыть куполом тишины помещение. Рахимбек ужом по стене проскользнул к женщине, и лёгким тычком в сонную артерию отправил её немного отдохнуть. Сначала связали руки, а потом, когда госпожа Измайлова очнулась, затолкали в рот кляп.
Осталось только дождаться её супруга.
Что было потом? А всё просто. Захар — личный телохранитель Михаила Тимофеевича — подогнал внедорожник к чёрному ходу и, не моргнув глазом, выполнил приказ хозяина. Он спокойно доехал до глухого уголка парка, как будто каждую ночь возил странных гостей, высадил нас и собрался уезжать, как Измайлов обратился ко мне:
— А как же бешеная лисица? Если она кого покусает? Ты же понимаешь, Андрей, что я так дело не оставлю.
— Не беспокойтесь, Михаил Тимофеевич, она убежала и не причинит беспокойства.
— Фамильяр? — мелькнула догадка у мужчины.
— Ну, можно и так сказать, — улыбнулся я. — До свидания. Надеюсь, наша договорённость останется в силе, и вы не наделаете глупостей.
— Щенок, — фыркнул Измайлов, совсем не зло, а скорее, с задумчивостью. — А ты непрост, парень. Далеко пойдёшь, если ноги и руки тебе не переломают. Но знай, я не оставлю просто так наглое проникновение в мой дом.
— Так вызывайте на дуэль, — я дерзил, но ничего с собой сделать не мог. Честно говоря, не верилось, что Михаил Тимофеевич пойдёт на уступки, испугается какой-то аудиозаписи. Значит, у него были иные резоны, что сыграло мне на руку и позволило оградить Арину от серьёзных проблем.
Измайлов ничего не ответил на мою дерзость, только скрипнул зубами.
А мы скрылись в кустарнике, миновали деактивированный участок и спустились к реке, где нас ждал Куан. Опять раздевшись, упаковали одежду в мешки и переправились на другой берег. Домой мы пришли перед рассветом уже проторенной дорожкой. Надеюсь, наблюдатели Мстиславских так ничего и не узнали.
