— Значит, он тебя любит, и не надо себя укорять в чёрствости, милая, — княгиня Голицына подошла к дочери, прижала её голову к своей груди, поцеловала в макушку. — И, пожалуйста, больше не связывайся с этой «Лигой».
— Я и так сосредоточена только на кураторстве Андрея, — буркнула Арина. — Говорю же, как только заработает «Бастион», уйду туда. И не переживайте за моё финансовое благополучие. Можно сказать, приданое себе я заработала.
— О чём ты говоришь, дочь? — возмутился Василий Ефимович. — Я рассердился на тебя только из-за твоей скрытности. Ты могла со мной поговорить с глазу на глаз о своём рискованном увлечении вместо тайн.
— Прости, в тот момент я считала, что тебе не нужно знать об истинных источниках доходов, — призналась Арина. — Если бы не Оболенский, так бы все и жили в счастливом неведении.
Князь Голицын задумчиво простучал пальцами по столу. Он не любил, когда за его спиной происходят вещи, которые могли навредить семье. Арина не понимает, что нелегальные букмекеры — это очень опасные люди, идущие на любое преступление ради денег. Любая ошибка в расчётах — и дочку могли запросто убить только за то, что она играючи уводит у них из-под носа огромные барыши. Ладно, хоть догадалась запутать финансовый след через подставное лицо. Да и то не факт, что след этот не найдут.
— Иди, дочка, к себе, отдыхай, — смягчил тон Василий Ефимович. — Ты уже не маленькая, осознаешь свои поступки и их последствия. Но не забывай, что у тебя есть мать, сестра и брат, которые очень уязвимы перед теми, кто живёт по беззаконию.
— Да, я буду очень осторожна, — кивнула Арина и вышла, испытывая облегчение от закончившегося разговора. Может, так будет правильно, что карты вскрыты.
Когда за девушкой закрылась дверь, Голицын с какой-то обречённостью посмотрел на жену.
— У нас неправильная дочь, — сказал он. — Я вырастил хладнокровную, расчётливую машину для добывания денег. Я лишил её обычных человеческих качеств и эмоций. Она даже готова выйти замуж по необъяснимому мне поводу!
— Перестань, дорогой, терзаться сомнениями, — княгиня выглядела поспокойнее мужа. — Арина — очень даже эмоциональная и чувственная девочка. Странно, что ты этого не замечаешь. Она носит разные маски по ситуации, потому что, в отличие от своих сверстников, приносит нашему Роду огромные доходы. Она работает, а не прохлаждается. Мне так хочется, чтобы Ариша куда-нибудь поехала отдохнуть. Давай, летом все вместе в Венецию или на какой-нибудь из островков в Эгейском море съездим! Там можно в аренду их брать, представляешь!
— Неплохая идея, — улыбнулся Голицын. — Надо подумать.
— Тогда я займусь этим вопросом, — воодушевилась жена. — Только тайком от Арины. И ты ничего не говори.
— Ладно. Но я хотел бы услышать твоё мнение насчет странного увлечения дочери вкупе со ставками.
— Давить и запрещать смысла нет, — тут же откликнулась Мария Алексеевна. — Надеюсь, что Андрей Мамонов защитит Арину. Он мальчик неглупый, понимает, в какой опасной среде крутится наша дочь.
— Но каковы Вальтер и Терентий! — вдруг хлопнул ладонью по столу Василий Ефимович. — Ведь всё знали, паршивцы, и даже не доложили! Накажу!
— Внушение сделать надо, а вот наказывать — только вредить, — рассудила жена. — Значит, никакой опасности не видели, спокойно свою работу делали. Личники Арины — опытные люди. Лучше увеличь охрану. Ты же слышал, какие деньги предлагал Оболенский? А где такие суммы — там появляются большие риски.
1
— Ну и вид у вас, господа, — покачал головой князь Сергей Яковлевич, когда в гостиную ввалились двое уставших и заросших щетиной мужчин с дорожными сумками. — Вы через канадские леса пробирались, что ли?
— Никак нет, Ваша Светлость, не удалось там побывать, — оскалился Лёха. — Но ситуация была такова, что и там могли оказаться.
— А мне с поста охраны звонят, дескать, какие-то лешие заявились, требуют с князем Мамоновым встречи, — усмехнулся Сергей Яковлевич. — Ладно, идёмте ко мне в кабинет. Расскажете, что да как, а потом можете быть свободны.
— Скажите, мистер Мамонов, посылка дошла? — с тревогой и нетерпением спросил Дик Трэйси, похожий сейчас на бродягу в потрёпанном от долгого путешествия пальто. — Я очень беспокоюсь.
— Дошла, — кивнул князь. — Всё в порядке. Вы отлично справились.
— Дорогой, у нас гости? — с верхнего этажа, нависающего над гостиной, раздался женский голос.
— Это ко мне, не беспокойся! — в ответ крикнул Мамонов. — Идёмте.
Кабинет князя, являвшийся одновременно и библиотекой, располагался на первом этаже, что хозяин особняка считал правильным. А то многие взяли моду совмещать рабочее пространство с личными апартаментами, да ещё на верхних этажах, где должны жить только члены семьи и гости. Нечего низким людишкам там расхаживать.
Он лично налил Дику и Алексею — клановому порученцу по особым делам — чуть ли не по полному бокалу коньяка, а сам сел напротив них, закинул ногу на ногу и потребовал отчёта.
