Сбросив с плеча большущую дорожную сумку прямо на пол, он шагнул навстречу отцу и попал в его объятия. И сразу стала видна разница в росте. Якову пришлось чуточку наклониться, чтобы прижаться лицом к щеке единственного родного человека, оставшегося после смерти матери.
— Отец! — отпрянув, он с улыбкой поглядел на Брюса-старшего.
— Яшка, мой гэльский оленёнок! — тот обхватил лицо сына ладонями и крепко сжал, внимательной разглядывая красивые, пусть и чуточку грубоватые его черты с широкими скулами. Аккуратно подстриженные усы завивались на кончиках кверху, как у тестя Александра Яковлевича — лорда Хью Бортвика[1]. Один в один. Правда, у того и бородища рыжая, эпатажная. — У тебя мамины глаза. Сейчас они ещё больше напоминают мне милую Арлайн.
— Как ты, папа? — чуточку грустно улыбнулся Яков, держа за плечи отца. — Вижу, держишься молодцом…
— Мне некогда скучать, — усмехнулся Брюс-старший. — Событий полное лукошко, не успеваю разгребать. А ты свои навыки поиска по аурным меткам развил, молодец.
— На дедушке тренировался, — рассмеялся молодой мужчина, и нагнувшись, подхватил с пола сумку, закинул на плечо. Огляделся по сторонам. — Ты без свиты?
— Сын, какая свита? Привлекать излишнее внимание зевак? Сразу заинтересуются, а что здесь делает большой чиновник? Начнут снимать на свои телефоны, выкладывать в Сети. А я не хочу, чтобы вокруг тебя разгорелся ажиотаж.
Александр Яковлевич показал жестом на выход. Людской поток схлынул, поэтому он с сыном спокойно вышел на улицу и направился в сторону стоянки.
— Не понимаю, почему ты так тщательно сохраняешь моё инкогнито, — удивился младший Брюс, шагая рядом и изредка поправляя сумку, сползающую с плеча.
— Я не то что бы инкогнито сохраняю — да это и бессмысленно в таком большом городе — а стараюсь не вызывать на ровном месте слухи о смене власти в Магической Коллегии.
— А ты собрался уходить? — удивился Яков.
— Как раз наоборот, — главный чародей поднял воротник своего пальто. Холодный ветер принёс пронзительную свежесть надвигающейся зимы; в свете мощных уличных фонарей мелькали редкие пока снежинки. — Мне нужно, чтобы ты набрался опыта, пообтёрся среди опытных людей, наработал
— Всё воюешь? — снова рассмеялся молодой человек. Он с любопытством поглядел на чёрный «Хорс», возле которого остановился отец. Пискнула сигнализация, разблокировав замки дверей. Положив сумку на заднее сиденье, Яков устроился на пассажирском кресле.
— Вечный бег, — проворчал Брюс-старший, садясь за руль. — Знаешь, что такое гонки по вертикали?
— Знаю.
— Ну, вот. Чуть сбавил скорость — упал вниз, — Александр Яковлевич повернул ключ в замке зажигания. Мотор «Хорса» заурчал. — Вот я в таком положении уже какой год ношусь по кругу. Но не жалею… Как там дед?
— Замок перестраивать собрался, — улыбнулся Яков. — Левая башня рухнула. Почему-то земля просела в том месте, фундамент повело.
— На магическое воздействие проверяли? — тон Брюса стал деловитым.
— Проверяли. Сначала подумали на Гордонов, что те опять старые обиды вспомнили, но никакой магии не было.
— Точно? — дождавшись, когда двигатель прогреется, Александр Яковлевич выехал со стоянки. — Гордоны — «земные» маги.
— Дед об этом знает, поэтому сразу же направил к нему представительскую группу из знатных дворян с претензией.
— Зная Хью, подозреваю, что эти представители приехали на десяти внедорожниках, обвешанные с головы до ног всевозможным оружием.
— Даже РПГ были, — расхохотался Яков. — Не, в самом деле, славно повеселились. Потом дед со стариком Ричардом попойку устроили. Три дня бухали.
— Силён Хью, — с уважением кивнул Брюс, глядя в мельтешение мелких снежинок в свете фар.
— Сам-то ты как? Не женился? Прости, если обидел… Но ты же ещё крепкий мужчина.
— После твоей мамы я перестал увлекаться женщинами в той степени, в которой они меня привлекают в качестве спутниц жизни, — отмахнулся главный чародей. — А у тебя уже есть девушка?
— Нет, пока не тороплюсь с отношениями, — хмыкнул Яков, нисколько не жалея о своей свободе. — Правда, Блэккэдеры, Мюрреи и Стюарты[2] неоднократно намекали, что готовы породниться с дедом Хью. Но ты же знаешь его. Сначала два-три часа маринует гостей в холле, а потом со встопорщенной бородой выходит к ним, вежливо выслушивает предложения о купце и товарах, а потом выпроваживает за ворота.
— Бывало такое, узнаю старика, — рассмеялся Брюс, но с проскальзывающими нотками грусти. — Я был пятым по счёту женихом, который просил руки Арлайн. Видать, в какой-то момент лорду надоело отбиваться от молодых нахалов, поэтому мне и повезло. Сдался вождь.
— Просто мама сразу полюбила тебя, а не кого-то из кучи выскочек, — возразил сын. — Я по ней скучаю.
— Жениться тебе надо, — чародей кинул взгляд на светящиеся дорожные знаки. Проехали Видное. — Скоро у Алёшки Куракина свадьба. Меня пригласили, но ты тоже пойдёшь. Там будет много молодых девиц, достойных твоего сердца. Надеюсь на это.
