Когда герцогиня Илладэн (не собирается она считать себя Мальзери!) выяснит, в чём дело, — станет легче справиться с любой бедой. А даже если и нет — всё равно врага нужно знать в лицо! А то и по имени. Чтобы выбрать подходящее оружие. Раз уж Элгэ дурная карта легла угодить в семейство Мальзери!
Все расселись, а лопать никому не предложено. Чего ждем?
Или? Догадка шевельнулась прежде, чем волна неподконтрольной паники захлестнула сердце. Эти Мальзери Элгэ в истеричку превратят!
Октавиан возник на пороге Залы неслышной тенью. Или солнечным лучом в королевстве унылой тьмы!
— Вы опоздали! — кисло процедил свекор.
— Прошу прощения, отец, — юноша покорно склонил светловолосую голову. И лишь в черных глазах Элгэ успела поймать озорную ухмылку.
— Займите свое место. Творец Милосердный и Всепрощающий, благослови эту трапезу… Приступим.
Илладийка украдкой стрельнула глазами в сторону Юстиниана. Тот и не подумал обмолвиться о приезде брата. Ну и пусть!
К счастью, она сегодня — безупречно красива. Скрытое восхищение, на миг промелькнувшее в глазах Октавиана, сказало Элгэ всё.
В Вальданэ она была уверена в своей власти над мужчинами. Может, неплохо действует и здесь? Если, конечно, рядом — не грязная, похотливая скотина, вроде Гуго Амерзэна. И не бесчувственные ледяные глыбы в лице графа Адора или подлой змеи — Валериана Мальзери. И не влюбленные в других дам кавалеры — как ее собственный супруг.
Октавиан — здесь, и вряд ли он приехал без новостей. Сегодня Элгэ узнает о брате всё!
2
Завтрак прошел, как всегда — под гробовое молчание всех присутствующих. Вкус изысканных блюд не ощущался вовсе. Окажись у Элгэ в тарелке бумага и опилки — прожевала бы, не заметив.
Илладийке удалось ни разу не взглянуть в сторону Октавиана. В течение всей бесконечной трапезы! Удалось даже подавить разочарование и не дрогнуть в лице — когда младший из Мальзери встал из-за стола раньше всех. И, извинившись перед отцом, покинул Залу.
К себе в комнату Элгэ направилась не сразу. Сначала сходила в библиотеку за книгой, вернулась оттуда другим путем и прогулялась ровненько до оружейной — в соседнем крыле. Две служанки (тощая и не очень), один хмурый лакей и навязавшиеся кузина Мэйбелл и ее сестричка (старая дева, но в рюшечках) не спускали с хозяйской невестки горящих рвением глаз.
Илладийка про себя от души посмеялась. Прятать шпагу под бархатным платьем стоит лишь в самом крайнем случае. А кинжал у пленницы уже есть…
К моменту возвращения в общество настенных бойцов ситуация более-менее прояснилась. Не хватает пары штрихов… ну да и без них, возможно, обойдемся!
Она битых два часа шаталась по особняку. Не особенно приглушая голос, обсуждала с перезрелой приживалкой устаревшие даже по северным меркам платья и лютенскую моду. А любезная баронесса Эмилия Тауэнд (пятая дочь весьма родовитого и столь же нищего барона, ныне — сирота) с видом светской кокетки вовсю просвещала южную дикарку. Тоже не шепотом. А милейшая Мэйбелл пусть покривит тощие губы в ниточку. Раз мода и тряпки — «ниже ее принципов».
Раз.
Вчера вечером за ужином Октавиана не было. Сегодня за завтраком он объявился. Когда прибыл? Ночью? Элгэ поежилась — холод уже ушедшей лютенской зимы мигом забрался под легкое бархатное платье. И от души прогулялся по открытой спине…
Минувшей ночью произошло что угодно, но не радостная встреча вернувшегося из гостей сына.
Тогда — утром? Но Элгэ после
Два.
Девушка налила полный бокал белого илладийского, подмигнула воителям на фреске и с вазочкой фруктов уселась в кресло. Напротив невольных свидетелей пьянки. Вынужденных волею художника (не самого плохого, кстати!) вечно драться друг с другом. Вдруг бы они вместо этого тоже выпить предпочли?
Ваше здоровье, господа! Вам промочить горло не суждено и через века.
Итак, какова вероятность, что рыцарь предал даму?
И не стыдно так думать? Не стыдно.
Мала эта вероятность — даже исходя из доводов рассудка. Решил бы перейти на сторону отца — не подал бы кузине знак за завтраком. Хотел втереться в доверие? Тогда разумнее искать встречи, а не сидеть, запершись в комнате — мимо которой Элгэ проходила с кузиной Эмилией не раз и даже не два. Громко обсуждая мужиков и тряпки… галантных кавалеров и столичную моду.
Запершись в комнате…
Три.
Кстати, камердинера возле двери не наблюдалось. И «случайно стоящих» слуг — тоже. Элгэ сей факт, еще возвращаясь из библиотеки, отметила. Но это еще не значит, что слуг и камердинера нет
Нет, на заговор против лично некой илладийки ситуация не тянет. Дядя, он же свекор, — все-таки мидантиец или как? А раз заговора нет — какой смысл Октавиану идти черным ходом?
Потому что никак иначе он в особняк войти не мог. Разве что через крышу.
Четыре.
Что дело — дрянь, уже понятно. Осталось лишь определить, дрянь каких масштабов…
3
