Сир Родер скрипнул зубами, но спорить не стал. По лицу моего учителя мне было более, чем понятно, что человек в черном ему очень не нравится. Хотя делали мы общее дело - сражались против тьмы и её приспешников, братья Охотники на демонов не состояли в церкви, не творили знаки веры и не обращались к свету. Более того, среди них были люди с очень неочевидным прошлым, которых по разным причинам судьба привела к Братству Охотников. Сир Родер, начинавший также, как и я послушником в Ордене при магденском монастыре, не очень-то доверял обычным мирянам, которые взяли в руки оружие и объявили о своей борьбе со злом. Не исповедуя святую веру, не открывая перед Творцом своих помыслов, очень сомнительно хранить в чистоту намерений такого рода борцам со злом. Да и по большей части охотниками руководила жажда мести, а не святая цель служения Творцу. Мне, в целом, казалось так же, хотя я видел живого охотника в первые и не мог составить окончательного мнения без использования клеше безбожника и разбойника, якобы решившего на время стать борцом со злом... Однако, смотря на этого Владислава, мне казалось, что мужчина он бывалый, и если ему хотелось заниматься разбоем или чем-то похожим, он скорее всего мог бы обойтись без поездки в Руф с неизвестными последствиями. А что нас там могло ждать - мы лишь догадывались: слухи ползли очень нехорошие
- Рассел, спускайся к нашим братьям, сообщи командору Гору о необходимости сию же минуту поднять на палубу не меньше тридцати братьев в полном вооружении, а также самых лучших из послушников. Ты, конечно же, вооружись сам и поднимайся. Я более чем уверен, что уважаемый охотник просто....
- Немного преувеличиваю, - договорил за паладина Владислав и улыбнулся. Сир Родер при этом скривился, словно отведал лимону.
- Да, преувеличивает... - пробубнил паладин и добавил еще что-то, хотя я уже не слушал, а несся на среднюю палубу через открытый люк. В два прыжка сбежал с лестницы и еще быстрее был в кают компании. В ней как раз собрались командор Гор, трое его унтер-командоров и несколько старшин. Они что-то с задорным смехом обсуждали и медленно потягивали брагу. К сожалению, вода была скорее исключением в рационе на корабле. Морские волки строго-настрого запретили её свободно использовать и выдавали только три раза в день по чарке на человека под роспись. А вот браги можно было пить сколько вздумается, если ты не матрос. А что еще оставалось делать скучающим под палубой воякам? Хотя сир Родер скрипел зубами, но сильно никого за питьё не ругал. Разве что наказал следить за тем, чтобы никто не перебирал и всегда был готов держать оружие.
Когда я оказался на пороге каюты, слегка помутневшие взоры сидящих в ней воззрились на меня.
- Сир Гор, обер-командор Родер приказывает поднять на палубу три десятка братьев в полном вооружении и всех самых лучших послушников... - отчеканил я.
- Ого! Неужели можно будет размяться? - с юношеским задором воскликнул Гор и вскочил со скамьи. - А ну-ка, братцы, бегом вооружаться! Наш славный командир хочет задать кому-то трепку во имя Всевышнего. Возьмите десяток лучших послушников - пускай хоть разгонят жирок, что накапливают здесь в трюмах.
- Сир Родер сказал мне тоже явиться, - добавил я и легкий румянец тронул мои щеки.
Командор Гор посмотрел на меня и добро ухмыльнулся:
- Ну еще бы, старик уже давненько готовит тебя принять плащ, - сказал он. Вручение плаща, крепившегося к наплечникам доспех вместе с полными латами паладина, происходило при принятии послушником сана и вступлении в ряды паладинов. - Надеюсь, Всевышний благословит тебя на подвиг и позволит тебе получить достойное испытание в нашем походе, чтобы наконец-то тебе стать полноценным братом Ордена, - я согласно кивнул на это. В послушниках я ходил уже практически шесть лет, но достойной схватки, в которой я смог бы проявить себя, пока что на долю мне не выпало, а без проявленной храбрости в знатной, по мнению старших братьев, драке о плаще можно было только мечтать. - Сир Элтон, прошу вас включить Рассела в состав группы послушников.
- Вне всяких сомнений, - крикнул мой непосредственный командир, старшина Элтон, уже выбегая из кают-компании. Наверное, он бы и сам выставил меня в число достойных... Все же я был лучшим фехтовальщиком в его десятке.
Взволнованный и обрадованный я помчался скорее к своему гамаку с походным сундуком на нижней палубе. Вокруг меня уже царила суета и неразбериха - туда-сюда носились братья в поисках так не кстати оставленных где-то по случайности или развешанных для просушки вещей, все вокруг перекрикивались, пытаясь выяснить, что происходит, дергали друг друга, спрашивали. На все обращения я твердил сухо: ничего не знаю, поступил приказ от обер-командора Родера. Хотя братья и другие послушники в ответ цокали и щурились - все знали, что сир Родер держал меня всегда рядом. Все же именно я был его духовным учеником, а он - моим учителем.
