— Вождь, — ответил один из ирландцев, — то, что ты слышал, — правда, и я могу уверить тебя, что даже в Ирландии ты не найдешь двух более знаменитых своим мастерством людей, чем я, Фелимид О.Фланн, и мой брат, Фердиад, который так же хорош, как и я. Мои предки были королевскими шутами еще с тех времен, когда наш праотец Фланн Длинноухий давал представления королю Ольстерскому Конкобару Мак-Нессу и героям Красной Ветви в залах Эман Маха. В нашей семье всегда существовал закон, согласно которому, как только мы достигаем совершенства в своем искусстве и зарабатываем право называться мастерами шутовского дела, мы показываем наше мастерство только тогда, когда нам приказывает это сделать человек королевских кровей. И вы должны знать, что мы, выступающие перед королями, имеем не только самое трудное в мире призвание, но также и самое нужное людям, потому что, когда король не в духе и его бойцам становится скучно, они представляют собой опасность для других. Но когда хорошие шуты выступают перед ними, они катаются от смеха за кружкой пива и идут спать довольные, позволяя своим соседям и подданным спать в мире. После священнослужителей, следовательно, мы исполняем самую полезную функцию в мире, потому что священники предлагают счастье на небесах благодаря влиянию, которым они пользуются у Бога, а мы предлагаем счастье на земле благодаря влиянию, которым мы пользуемся у королей. А поскольку в Ирландии много королей, шуты в этой стране самые лучшие в мире и существует много их разновидностей: акробаты, клоуны, чревовещатели, имитаторы животных, искажающие тела, искажающие лица, шпагоглотатели, шуты, танцующие с завязанными глазами среди яиц, и шуты, выпускающие огонь через ноздри. Но истинным мастером шутовского дела является не тот, кто исполняет один-два вида этого искусства, но тот, кто знает их все. В Ирландии мудрые люди считают, что сегодня лучшие среди нас — почти столь же хороши, как три шута короля Конайра в древности, о которых говорилось, что ни один человек, видевший их, не мог не засмеяться, Даже если бы сидел за столом, на котором лежит труп его отца или матери.
Все в церкви к этому времени замолчали, все слушали слова ирландца и смотрели на него и его брата, сидевшего по другую руку от отца Виллибальда с умиротворенным видом на лице, медленно поводя ушами взад и вперед. Все были согласны с тем, что; люди, подобные им, никогда не встречались в этих: местах.
— Ты хорошо говоришь, — сказал Гудмунд из Уваберга, — и тем не менее, трудно поверить, что все сказанное тобой — правда. Потому что если вы оба — такие признанные в своей стране мастера, зачем же вы приехали на север, где королей мало и живут они в отдалении друг от друга.
Фелимид улыбнулся и кивнул головой:
