— Стало быть, армия закупит и будет тестировать оба типа орудий, — задумчиво произнёс я.
— Скорее всего, да.
— Тогда надо выпустить побольше снарядов...
— Снаряды потребуется в любом случае.
На этом деловая часть закончилась, и начался ужин. А когда Агата убрала посуду, мы узнали, почему Раннер пришёл сам и в компании Тамерис. Они хотели ещё раз, в подробностях, узнать всё, что касалось смерти Крауча и пыток Грайна. Это была тяжёлая тема, но в течение часа я и Дагоберт рассказывали и отвечали на вопросы.
А на следующее утро Дагоберт вылетел устанавливать печати в города по своему списку. А я решил до отправления заглянуть в мастерские и скорректировать их работу: дал указание механикам произвести побольше снарядов, а также перевёл в подчинение к мастеру Вильгельму артефактора Зорона, чтобы он накладывал управляющий контур исключительно на военную продукцию.
Вояж по восточным городам занял у меня декаду. Документы, выданные Раннером, существенно упростили работу. Чиновники на местах кривились, никому не хотелось думать о возможной войне, ведь мир только наступил, но бумаги с подписью короля творили чудеса. Единственное, что омрачало мою работу, это отсутствие ассистента. У меня даже в процессе возникло несколько идей: первая — пригласить Сильвио, но я вспомнил, что в университете приближается пора экзаменов и его не отпустит начальство, а вторая — взять с собой Джули или Нэнси из мастерской. Но я представил, что девицы, неважно, кого возьму, будут смотреть на меня томными взглядами и отвлекать от работы, и я тут же отказался от этой идеи.
О-хо-хо, и как же там без меня мои благоверные? Скорей бы повидаться.
Как бы то ни было, работа была завершена, и я вернулся в Сольрих, имея на руках восемь актов выполненных работ. Домой заходить не стал, лишь снял с Бриана седло, дав указание дружинникам накормить дракона, и поспешил в королевское казначейство.
Улицы столицы были заполнены суетой: торговцы расставляли лотки, горожане торопились по делам. Я шагал по главному проспекту, минуя ярко украшенные витрины лавок. По мостовой с грохотом проносились дорогие кареты, в которых мелькали профили красавиц с золотыми волосами. В воздухе витали запахи лошадиного пота и дорогих духов.
В казначействе меня принял старший клерк Александр Хлестаков. Его кабинет был обставлен с претензией на роскошь: массивный стол, кожаные кресла и полки, заставленные толстыми фолиантами. Принимая от меня бумаги, он хмурился и нервно постукивал карандашом по столу. Насторожившись, я спросил:
— Есть какие-то проблемы?
— Понимаете, ваша милость, в высочайшем распоряжении не указана сумма, которую надлежит выплатить вам за выполненные работы, а это значит, что необходимо определить эту сумму. Но знаете, что ещё хуже? Что не указаны критерии оценки, — он тяжко вздохнул. — Спешка, будь проклята эта спешка!
Бюрократ отложил карандаш в сторону и потёр руками, как будто смывая с них что-то.
— Не подумайте, ваша милость, я ни в коем разе не возвожу хулу на его величество. Король мудр, и у него очень много забот, а его помощники при составлении документов не всегда проявляют должное усердие... А нам приходится потом со всем этим разбираться...
Меня не очень волновали бюрократические сложности, мне нужно было получить мои деньги, поэтому, добавив в голос нотки раздражения, я произнёс:
— Сударь Александр, весьма сочувствую вам, но мне хотелось бы знать, когда я получу оплату за проделанную работу?
— Понимаете, ваша милость, прежде чем выплатить вам деньги, нам нужно понять, сколько вам надо выплатить. В высочайшем распоряжении этого не указано, — повторил он уже сказанное. — Я вынужден руководствоваться нашими внутренними уложениями и правилами. А это означает, что нужно назначить комиссию, которая определить стоимость выполненных работ, потом нам нужно получить эти деньги от администраций тех городов, где вы выполняли работы. После этого подготовить необходимые документы на выплату и только после этого предоставить вам оплату.
Чиновник замолчал, с грустью взирая на меня. А во мне закипала ярость на обнаглевшего лицедея, устроившего мне тут спектакль одного актёра. Я зло сказал:
— Меня совершенно не тревожат ваши сложности, сударь, извольте исполнить высочайшее распоряжение. Вы говорите, не знаете, сколько мне надо заплатить? Давайте сюда акты!
И, не дожидаясь чиновника, я сам взял документы со стола и карандашом написал на каждом из них сумму, в которую оценил работу на конкретном объекте.
— Вот, теперь у вас есть суммы. Заработанные мной деньги должны быть у меня в течение трёх дней.
Я встал со стула, развернулся, намереваясь покинуть роскошный кабинет скромного старшего клерка. И тут услышал едва уловимый смешок, если бы я не обладал усиленным талиаром слухом, то и не заметил бы его.
— Ну куда же вы, ваша милость, мы же ещё не закончили нашу беседу? — услышал я спокойный голос Хлестакова.
Развернувшись рывком, я посмотрел в наглые глаза чинуши.
— Я сказал всё, что хотел. А направляюсь я сейчас в гости к моему другу графу Тому Раннеру, так что прошу меня простить, спешу.
