– Всех своих военных солдатиков, супергероев, суперзлодеев, миниатюрных тигренков, бегемотиков, пингивинчиков из серии «Киндер Сюрприз», целый гараж первоклассных машин, вертолетов и самолетов пришлось отдать племянникам. Если бы кто-нибудь мне сказал в шесть лет, что я в тринадцать с ними легко распрощаюсь, то я засмеялся бы и сказал, что это все несусветная чепуха и ложь. Странно, как меняются наши увлечения.
– С тобой не поспоришь, – согласилась Вика с Ильей, включив спокойную мелодичную музыку.
– Я смотрю, ты променяла игры в куклы на игры в баскетбол, – подметил он, когда подошел к медалям. – Ты молодец, столько первых мест! Наверное, собираешься в будущем стать профессиональным игроком?
– Не знаю. Еще не решила. Все же большой спорт слишком непостоянен. Сегодня ты играешь, а завтра нет. Я хочу поступить в институт и стать специалистом. Правда, я пока не определилась в какой области. Но это не страшно, время еще будет подумать. А ты кем хочешь стать?
– Я… президентом, – ответил он.
– Ты, как всегда, не скромен, – подметила она. – Расскажи хоть, что с тобой интересного произошло за восемь лет?
– Да, в общем-то, ничего особенного. Переехав в другой город, я долгое время не мог привыкнуть к новой обстановке, к новой школе, к новым одноклассникам. Но по истечению трех месяцев, я словно никогда и никуда не уезжал. Странно, да! Кстати, после того глупого инцидента я практически ни с кем не дрался, не в счет один пинок под зад одному задире и каждодневные стычки с девочками-великаншами, которые дрались в первом классе не хуже мальчишек. Ты подикась тоже лупила своих одноклассников? –
– А как же!
– Кстати, первый класс я окончил с «отличием» и многие преподаватели увидели меня в будущем «золотым медалистом». Но я не оправдал их ожиданий. Мне не хотелось отделяться от других одноклассников и снова быть ботаником (коим я являлся в первой школе), по сути, отшельником, который нужен только тогда, когда у него можно списать домашнее задание или контрольную работу на уроке. Поэтому я стал учиться, как и все, спустив рукава, хотя изучаемые предметы мне довались легко. И это помогло! Теперь у меня куча независтливых друзей и твердые четверки в дневнике. Ты думаешь, что я глупо поступил?
– Каждый вправе сам решать, какой путь ему выбирать.
– Ты такая мудрая, не то, что я – олух.
– Да ладно тебе приукрашивать.
– Ничего я не приукрашиваю. Говорю, как есть. А ты почему выбрала такой путь?
– Я не выбирала, – ответила Вика. – Все шло само собой. Учеба мне всегда нравилась, ты и сам это знаешь. Странно, что ты думал и продолжаешь думать, что если человек ботаник, то у него не будет друзей. Прости, но это наивно и глупо. Ты же сам прекрасно понимаешь, что это полностью зависит от человека. Не скажу, что у меня много друзей, но зато я их всех люблю и уважаю. Хотя надо признать правоту твоих слов, большинство ребят в школе относятся ко мне с явной агрессией, перемешенной со сгустками зеленой зависти. Но это меня никогда не тяготило, а наоборот: радовало. Я – особенная. Я – личность, которая имеет свое собственное, веское мнение. А они? Вряд ли. Только не подумай, что я хвастаюсь.
– Не подумаю, – сказал Илья и улыбнулся Вике. – Твоя правда. Если ты могла общаться с другими девочками и одновременно хорошо учиться, то я не мог выполнять сразу два дела одновременно. Помнишь, как я учился в первом классе, словно безумный? – Вика кивнула. – И только из этих соображений я решил изменить своим привычкам.
– Все, что не делается, все к лучшему, – мудро добавила Виктория.
– Я сейчас сижу и думаю, а ты та ли самая девочка, которую я знал?
– Та девочка исчезла, чтобы превратится в девушку, – ответила Виктория. – На самом деле, она во мне, только прячется где-то глубоко внутри. Она там веселится и радуется, прыгает и скачет, поет и танцует. И каждый день проситься наружу, но я ей не разрешаю, когда кто-то рядом. Так, наверное, у всех…
– У меня точно, – поддержал ее суждения Илья. – Кажется, мы взрослеем. И самое печальное, что сами этого не замечаем.
– Да. Что-то мы не об том болтаем. Давай лучше вернемся немного назад, и ты продолжишь свой прерванный рассказ, – предложила Вика.
