Это предложение не было неожиданным. Королева спланировала визит, как и пытки Люциана. Она знала, что я останусь в палатке Илии, и хотела положить конец моему бунту. Развернувшись, я вышла из зала. Конечно, Николай не хотел вести меня к Лупе, он хотел защитить меня от того, что мне предстояло увидеть. Но защищать меня – не его работа. Твердые шаги стучали по древним камням позади меня, свидетельствуя о едва сдерживаемом гневе. Какую бы боль ни причинил мне вид сестры, это не могло быть так ужасно, как то, что случилось с Лупой в этом плену.
– Сюда. – Стригой положил руку мне на спину и удивительно мягко подтолкнул меня за угол. Неужели он больше не сердится на меня? Честно говоря, ожидала именно гнева после нашего последнего разговора. Над головами запрыгали два люмина. – Если королева хочет кого-то наказать, не пытайся ему помочь. Любой, кому приходят на помощь, считается слабым в вашем народе, а слабаки им не нужны. Ты подорвала авторитет Люциана.
– Она мучила его, а я не могла этого допустить. Это неправильно.
С выражением отчаяния на лице Николай провел рукой по волосам, но от нотаций воздержался. Мы снова свернули и попали в узкий коридор, уходящий вниз. В нос ударил запах плесени, и я бы с удовольствием повернула назад, но желание увидеть Лупу было превыше всего.
– Расслабься, иначе заключенные почуют твой страх. – Тыльная сторона его ладони погладила мою. – Лучше бы ты запомнила Лупу такой, какой она была.
– Я не откажусь от нее. – К счастью, мой голос лишь слегка дрогнул. – Пока есть хоть какая-то надежда освободить ее из лап Селесты. Ты сам делал все возможное, чтобы твоя сестра выжила.
Обыкновенный факт. Я больше не ставила ему это в вину.
– И она не простила ни меня, ни Алексея. – В его голосе звучало сожаление. – Селия скучала по тебе и не разговаривала с нами много месяцев из-за того, как мы поступили с тобой.
– Что сделано, то сделано.
Сейчас я хранила от него гораздо больший секрет, чем он когда-либо хранил от меня. За последние два года я сотни раз спрашивала себя, что было бы, будь мы тогда друг с другом честны. К сожалению, ответа на этот вопрос у меня не было.
Мы прошли через своеобразный арочный проем, за которым остались люмины. Вокруг мгновенно стало темно. Николай взял меня за руку и ободряюще сжал ее.
– Мы в любой момент можем вернуться.
– Я в порядке. – Я наколдовала слабенькое световое заклинание.
– Оно тебе не понадобится. Я вижу вполне достаточно для нас обоих.
Услышав улыбку в его голосе, я поняла, что должна отпустить его, но не сделала этого. Этот мужчина, которому я с такой естественной легкостью позволила взять себя за руку, был моей самой большой слабостью.
– Что ты искала в тех гримуарах? – спросил он некоторое время спустя. – Я понимаю, что ты держишь все в тайне, но хотя бы это ты можешь сказать?
– Я хочу узнать, как королевы, носившие метку до меня, использовали силу семиконечной звезды. Это мое наследие и моя ответственность. – Это не было ложью.
Николай ответил не сразу, видимо, удивившись моей откровенности.
– У нее есть значение. Помимо силы ее магии, – медленно произнес он.
– И тебе известно какое? Есть причина, по которой я родилась с ней именно сейчас? – Мне не следовало задавать эти вопросы. Не после того, как я решила не впутывать его во все это. Но разве такое вообще возможно? Это казалось неправильным.
Его хватка усилилась.
– Однажды Селеста обронила что-то по этому поводу. Могу спросить ее об этом снова.
Я застыла. В темноте мне едва удавалось разглядеть что-то, кроме его очертаний.
– Нет, не надо. Я все сама выясню. Ты попросил ее разрешить мне увидеть Лупу? Потребовала ли она что-нибудь взамен? – Я тяжело сглотнула.
И тут я почувствовала, как кончики его пальцев пробежались по моей щеке. Так легко, что с таким же успехом мне могло показаться. Но они продолжали ласкать мой подбородок и шею. Я льнула к этим прикосновениям.
– Она завидует метке. Тебе следует вести себя осторожнее. Пообещай мне. – Только просьба, никаких приказов и добрых советов.
– Постараюсь.
На последний вопрос Николай так и не ответил.
– Тогда пойдем. – Его пальцы исчезли, и я тут же затосковала по прикосновениям.
Чем дальше мы продвигались, тем больше усиливалась вонь, которая притупляла мои чувства. Я зажала рукой нос и рот и поморщилась, когда жуткую тишину нарушили крики, а затем щелчок кнута.
– Мы почти на месте, – сказал Николай. – Ты еще можешь вернуться.
Я лишь фыркнула и ускорила шаг, практически потащив его за собой. Коридор немного расширился, и мы вошли в просторное помещение, освещенное коптящими факелами. В центре стоял стол, по бокам которого свисали цепи. На нем блестела влага, которую даже при слабом свете было легко определить как кровь. Грузный мужчина что-то напевал про себя и сливал кровь в узкий канал, по которому она стекала со стола и капала в миску. Николай напрягся рядом со мной и затаил дыхание. На этот раз я сжала его руку. Я понятия не имела, когда он в последний раз пил. Эта кровь дразнила его? Рука стригоя слегка дрожала в моей, а зрачки потемнели.
