Она сделала телефоном несколько снимков экрана из ленты новостей Селвана и со страницы Аниты в фейсбуке. Рози склонилась к королеве, показала ей снимки, которые та внимательно рассмотрела сквозь бифокальные очки. На фотографиях была красивая молодая женщина с серьезными темно-карими глазами и блестящим рыжеватым каре чуть ниже подбородка. На каждом снимке она умело позировала в женственных, идеально сидящих нарядах. В голове королевы роились мысли.
— Спасибо, Рози. Большое спасибо. Пожалуйста, попросите мистера Маклахлена заняться Анитой Муди. Было бы интересно поподробнее узнать о ее жизни. И отдельно попросите его выяснить, говорила ли она по-китайски. Да, и вот еще что: не могли бы вы уточнить, какое именно нижнее белье предположительно заказывал в интернет-магазине Сэнди Робертсон?
— Я уже уточнила, мэм. Вчера, — ответила Рози.
Она регулярно наведывалась к Стронгу в Круглую башню, в импровизированный штаб расследования. Иной раз приносила круглые тосты с джемом или кекс с изюмом и миндалем, который детективы поглощали с неизменным аппетитом.
— Правда? — удивилась королева.
— Я подумала, что вас, возможно, это заинтересует. — Так Рози вежливо выразила их общее отношение к гипотезе с трусиками: обе считали ее нелепой. — Он купил их летом прошлого года в магазине “Маркс энд Спенсер”. Эта модель у них в тройке лидеров, всего продали свыше ста тысяч пар. Мистер Робертсон утверждает, что заказал их для дочери, Айлы, которая живет с ним. Ей шестнадцать лет. Он регулярно покупает ей одежду, у нее есть несколько пар подобного нижнего белья. Разумеется, это еще не значит, что он не мог купить и другие трусики, для каких-то своих целей.
— Да, конечно. Как по-вашему, детектив Стронг возлагает на эту находку
— Большие не большие, но
— Благодарю вас.
Рози взяла коробки и отнесла в кабинет сэра Саймона. Он по-прежнему говорил по телефону — на этот раз обсуждал с Эмили гравированные подставки из позолоченного серебра для бутылок шампанского. Он театрально закатил глаза, посмотрел на Рози, постучал по циферблату наручных часов и снова закатил глаза. Рози рассмеялась. Он ей очень нравился.
Пусть и неловко обманывать такого человека, но увлекательно, черт побери.
Интернет-кафе “Говори скорее” в Клэпхем-джанкшен[35] вмещало всего три столика, бар, в котором можно было купить газировку и кусок непропеченного кекса, и длинную стойку вдоль стены по левую руку от входа, где стояли восемь мониторов (работали только шесть). Для воскресного утра в кафе было достаточно оживленно: пять посетителей что-то печатали на компьютерах и пили лимонад. Две женщины в хиджабах негромко беседовали, поглядывая на младенца, спящего в коляске у входа. У среднего монитора сидел задумчивый молодой человек в футболке, рядом с ним — старик, который что-то бормотал себе под нос, печатал средним пальцем, усеивая клавиши крошками, и каждый раз дожидался, пока на экране появится результат.
Опрятный лысеющий мужчина в расстегнутом бушлате, сидящий за компьютером у самой стойки бара, явно пришел сюда не поболтать за кусочком кекса. Он соблюдал диету, и здешний ассортимент ему не годился. Дрянной перестоявший чай горчил. Мужчина пил воду из щербатого стакана и думал о том, что лучше бы он сейчас сидел за привычным компьютером, дома, в Ричмонде, где есть и нормальный чайник, и все удобства.
Но у домашнего компьютера свой IP-адрес. Можно, конечно, искать в режиме инкогнито, но если вдруг что-то пойдет не так, самые ловкие хакеры Великобритании, работающие на правительство, вычислят его в два счета. Лучше уж посидеть здесь, в неприметном кафе, в десяти минутах езды от дома.
Билли Маклахлен уже двадцать минут изучал соцсети Аниты Муди, и ему удалось раскопать кое-что интересное в ее инстаграме. Девушка обожала селфи и публиковала их из года в год. Всего в ее профиле было две с лишним тысячи фотографий, и он внимательно рассмотрел каждую. Эта часть его работы не представляла трудностей (хотя вода оказалась какая-то затхлая, даже чай и то был лучше). Девушка обожала путешествовать. Ни в чем себе не отказывала. Любила красивые вещи, красивые места. Он с удовольствием рассматривал снимки, грамотно настроив фильтры поиска, и делал пометки для будущих разысканий.
Все концерты, на которых она выступала после окончания Школы востоковедения и африканистики (по первому образованию Анита была лингвист), складывались по определенной модели. Очень любопытной модели. Маклахлен набросал ее в дешевом блокноте со спиралью. Сделал глоток воды, запил чаем (нет, все-таки чай гаже) и продолжил поиски.
Не только королеву брала досада при мысли, что Обама прибыл в сопровождении самых опытных разведчиков ЦРУ, а лучшие умы британской полиции и МИ-5 не в состоянии раскрыть банальное убийство. И вовсе не потому, что плохо стараются.
