— Чайковский, — не оборачиваясь, сообщила она. — Под настроение.
— Вы замечательно играете.
— Знаю. — Маша посмотрела налево: в окне с отдернутыми тюлевыми занавесками виднелись крыши Мейфэра. — Надо было стать музыкантом. — Она повела плечами, слабо улыбнулась Рози. — Вы пришли. Как Ее величество?
— Прекрасно, спасибо.
— Вы передаете ей мою благодарность?
— Конечно.
— Если она когда-то… хочет послушать русскую игру… — с надеждой проговорила Маша.
Неужели она намерена кого-то рекомендовать, удивилась Рози, а потом догадалась: бедняжка просто хотела снова увидеть королеву, побыть рядом с ней. Так уж босс влияет на некоторых людей. Даже, пожалуй, на большинство, подумала Рози.
— Жаль, что ей уже никогда не послушать мистера Бродского. — Рози решила немного переменить тему. Она никак не могла взять в толк, зачем ее позвали.
— Хотите пить? — спросила Маша, встала, подошла к бархатному дивану и непринужденно раскинулась на нем.
Рози чинно присела на кресло напротив. Маша была в обтягивающих джинсах, босая, в длинной просторной футболке и бусах. Волосы немытые, нечесаные, на лице ни следа макияжа, но так она казалась куда краше.
“Чашку чая, будьте добры”, — хотела ответить Рози, но тут слуга принес поднос с чаем, кофе, минералкой с газом и без газа, двумя видами смузи и хрустальной вазой с фруктами.
— Пожалуйста, не стесняйтесь. — Маша величественным жестом указала на поднос и одновременно сделала слуге знак удалиться.
Рози взяла розовый смузи, скинула туфли, уселась с ногами в кресло. Почему бы не получить от ситуации удовольствие — даже если не понимаешь, что происходит?
— Чем я могу вам помочь?
Следующий час прошел очень странно: Маша вывалила на Рози неприглядные подробности своей незадавшейся супружеской жизни.
— Он относится ко мне как к улитке под его ботинком. Якобы меня интересует только искусство, но откуда он знает, что я думаю, если он никогда ко мне не говорит? Мы не занимаемся любовью с семи недель назад. Он был прекрасный любовник, а теперь… делает это, как будто ненавидит меня. — Маша уставилась в потолок. — Недавно подарил мне бишона фризе. Говорит, сука для суки. Представляете? Сказать такое жене! Я отдаю собаку поварихе. Так он уволил повариху. А она хорошая повариха. — Маша повертела на пальце бриллиант величиной с чаячье яйцо, любуясь игрой света на его гранях. — Каждый день допрашивает меня за Вадима. Он правда гей? Или это была шутка? Мы устроили групповуху? Мерзость. Отрицает, что приказал его избить, но я знаю, что это так. Злится, что я помогла Максу. Я сказала, я от тебя уйду, он сказал: иди. Я и ушла — сюда, в самый дорогой номер, который нашла. Он велел следить за мной, но мне плевать.
— Да уж… ситуация непростая. — Рози сознавала, что преуменьшает. Она бы в жизни не стала жить с мужчиной, который использует собаку, чтобы оскорбить жену, не говоря уж об остальном. С другой стороны, она и кольцо бы такое не приняла. Слишком ко многому обязывает подобный подарок.
— Мне уходить от него?
— Я не специалист…
— Вы работаете у королевы! И все время даете советы, причем на высшем уровне.
— Не в таких вопросах.
— У нее четверо детей, и все разводились!
— Только трое. Граф Уэссекский…
— Она понимает боль. Она просит вашего совета, нет?
— Вообще-то нет.
— А я думаю, просит, — припечатала Маша, плавно повернулась и тоже поджала ноги, как Рози. — Я думаю, она вам доверяет. Я вам доверяю. В вас что-то есть. Вы единственная, кому я доверяю. Поэтому вы здесь.
— Едва ли…
— Вы не делаете ля-ля-ля, как другие, не учите меня жить, не говорите уйти от него, как моя мать, или разводиться и отсудить миллиард, как советует мне сестра, или остаться вечно, как говорит мне бабка. Так что мне делать?
Рози нахмурилась.
— Вы спрашиваете всерьез?
— Конечно. Скажите мне. Ну вот, вы улыбаетесь. Почему вы улыбаетесь?
Рози не поддалась.
— Вы сами все сказали. Вы не хотите, чтобы вам указывали, что делать. Вы сами знаете, какие у вас есть варианты. Чего хотите
— Гм. — Маша задумалась по-настоящему. — Меня об этом еще никто не спрашивал. Ха! Вы умная! Вот видите.
— Моя сестра — психолог, — призналась Рози. — Вам лучше было бы поговорить с ней.
Маша приподняла бровь.
— Да? Ладно.
— Я пошутила. Она живет во Франкфурте.
— Это где? В Суррее?
— Нет, во Франкфурте. В Германии.
Маша задумчиво уставилась в потолок.
— Ладно.
— В смысле — ладно?
— Я привезу ее в Лондон для консультаций. Пусть приходит сюда, общается со мной в “Кларидже”.
Рози живо представила себе, как Флисс садится на регулярный рейс до Хитроу, приходит в этот люкс, пьет смузи, разговаривает с красивой несчастной русской. Сестра будет в восторге. И перед отъездом успеет побыть с семьей.
Маша предлагала всерьез. Даже умоляла.
