Связав рука пойманного подсыльного, наёмник услышал приказ Корэра:
— Пойди, разбуди Сморока, узнаем, что с этим делать, — пнул валявшегося в беспамятстве разведчика.
Наёмник недовольно прорычал:
— У меня вообще-то имя есть. И мне не царь, чтобы указывать.
— Я Император, — безразлично поправил его Корэр, выдав фразу, ставшую для него столь привычной, что только произнеся её ария вспомнил, что теперь уже нет — сам от титула отказался.
— Как тебя зовут? — спросил Корэр, осознав, что за всё предыдущее время он так и не удосужился узнать имя собеседника. Да и теперь делал он это только из-за недовольства наёмника, ведь для арии его жизнь воспринималась кратким мигом, который особого внимания и не стоил.
— Ремок, — проворчал наёмник.
Корэр вновь повторил приказ привести Сморока, но теперь назвав имя собеседника и постаравшись говорить более-менее похожим на вежливо, судя по гневному взгляду, брошенному на него, получилось не очень. Не смотря на это Ремок всё же отправился разбудить нанимателя, который, посмеиваясь задал Корэру вопрос:
— Признавайся, колдун, как ты так всё время подсыльных находишь?
— Вам это и правда интересно или хватит объяснения, что у меня есть особые заклинания, — ответил Корэр слегка раздражённый почудившейся ему неуместной насмешкой.
Переглянувшись с Ремоком, Сморок потребовал:
— Всё объясни, не верится мне, что есть такие заклинания.
Корэр, пожав плечами, заговорил:
— Всё в мирах состоит из энергии, но у всего своё соотношение и порядок распределения в фэтэ. У живых существ концентрация Девятого элемента больше, чем у окружающей их среды. А ещё для представителей всех видов есть свой порядок: в их энергетическом коде зашифрован код их принадлежности к виду, он всегда на родится на одном месте и мне достаточно просто узнать его, чтобы отличить кого-нибудь из вас от какой-нибудь зверушки с такой-же концентрации жизни. Ну а то, что это не случайный грибник я понимаю по звуку. Звуковые волны создают колебания в энергетической среде. Во Втором элементе они затихают медленнее, чем в Четвёртом, а в том, что мы считаем воздухе присутствует смесь всех девяти элементов. Мы с Вихрем, — Ария кивнул на свой меч, — можем уменьшить степень затухания колебаний так, что я их услышу. Случайные прохожие ходят иначе, дышат по-другому и ещё много чего.
Сморок, проигнорировав Ремока, проворчавшего: «Умник», кивнул:
— Допустим мы тебя поняли… Хотя нет, это понять не возможно, ты на каком языке говорил?
— Пришлось использовать некоторые слова из своего родного — в вашем просто нет необходимых определений, — с разочарованнм вздохом сообщил Корэр.
Искренне надеясь, что его не заставят повторять всё уже сказанное, но подбирая более просты конструкции, Корэр поспешил напомнить о пленнике.
Сморок, забыв о колдуне, тут же принялся прикидывать как бы разговорить не задавшегося диверсанта. Первой же его идеей было обратиться к Няше, но Ремок тут же напомнил о её неразумной кровожадности, и что она, увлёкшись не разговорит пленника, а просто по кромсает на куски. Все прочие и вовсе не имели ни малейшего понятия об искусстве пыток, они были простыми рубаками.
На мгновение в голову Корэра заглянула мысль, предложить свою помощь, но он тут же передумал. Пусть он знал, как причинить боль развязывающую язык — брат научил, дело было слишком мерзким и грязным. Тем более, вся эта заворушка для него не была чем-то значительным, ему просто оказалось по пути, была возможность разжиться деньгами и быть может опровергнуть трактовку грядущего, что назвала ему Тиллери, или, если колдун окажется арией, подтвердить, но с позитивным исходом. И с чего это он решил, что фраза про то, что деньги больше не понадобятся, значит именно нечто плохое? Потому, что иначе у арий бы не закрепилось за Судьбой прозвище насмешницы…
Ремок всё же пошёл к лагерю, и вскоре над поляной разнёсся крик, исполненный страданий, не сопоставимых с жизнью. По утру Ремок в компании ещё двух наёмников, из тех, что были покрепче, прикапывали тело незадачливого подсыльного.
Путь продолжили ещё до того, как дневная звезда полностью показалась из-за края. Сморок всё поторапливал не объясняя толком причины. Корэр же, не оставлял попыток понять, от чего так торопиться, ведь замученный пленник, сложенный после истязаний Няши в яму по частям, ничего особенно серьёзного не выдал. Просто рассказал кто он, откуда и кто послал. Хотя, это ведь только для него, Корэра, названные места и имена ничего не значили.
Вскоре, Корэр заметил, что Няша всю дорогу стремилась держаться от него подальше, Ремок наоборот ехал неподалёку. Придержав поводья джоня́, ария поравнялся с наёмником, начав разговор:
— Что скажешь про неё? — кивнул на воительницу.
Ремок, словно бы по началу не поняв о ком идёт речь, проследил за взглядом колдуна:
— Долбанутая, как, собснно, и все здесь.
Непонимание, проскользнувшее на лице Корэра, вызвало смех наёмника. Но тот всё же решил объяснить:
