Соня была по большей части из вторых. В те редкие моменты, когда удавалось словить единую волну и настрой, она была просто счастлива, зато в остальное время могла и нарваться. И частенько нарывалась.
– Да?... Да. Очень нелепо! Мне стыдно. Но что же мне всё-таки делать?
– Вытри со стола, – льдина, бывшая когда-то чаем, подтаяла и растеклась по скатерти. Хоть клеёнка и непромокаемая, но Флюра беспорядок не переносила. Любого типа.
Девушка моментально подскочила и направилась к мойке с намерением взять тряпку, но быстро сообразила, что повелась на мелкую просьбу, так и не получив ответа на главный вопрос. Точнее, не тот ответ.
– Нет, я про себя? – Соня всё-таки принялась орудовать на столе, вылавливая лужу уже успевшую забраться в закоулки за сахарницу и столовые плошки.
– А что про тебя? Работай дальше. Чаю, кстати, мне налей-ка. Ай, хорошо сегодня заварился. Облепиховый! Сама собирала.
– Нет, как мне дальше работать? Как тренироваться? На что обратить внимание? Может есть какие-то другие способы, раз по-обычному не получается?
– О! Надо же. Делаешь успехи! – неизвестно за что похвалила наставница. – Давай попробуем по-необычному. Есть идеи?
– Я уже всё перепробовала, ничего не помогает… – быстро протараторила девушка, уже зная по какому пути пойдёт эта многажды повторяемая дискуссия. Ничего нового.
– Прям всё? А…
– Ну, не совсем всё, – Соня поспешила прервать себя от греха подальше. Зная богатое воображение наставницы, этот метод мог с равным успехом повторять процедуру выбора жён в «Царевне-лягушке», либо что-нибудь похлеще. Нет, ей нужно было показать одновременно усердие, послушание и безропотность, тогда только Флюра растает либо убедится, что ученица настроена серьёзно, и, в конечном итоге, предложит что-нибудь действенное. Однозначно, действенное. – В общем, помогите мне… пожа-алуйста.
– Хм? А если мой способ тебе не понравится?
Девушка была заранее уверена, что не понравится. Даже не сомневалась. Но чему быть – того не миновать. За время обучения она выросла от простой пигалицы, которая только и могла, что по щелчку поставить подножку человеку, да отвести глаза продавщице, до сильной и изобретательной колдуньи, которой свои принципы дороже любых денег и славы. Но вместе с ней выросла и ответственность, а позволять и дальше мелким пакостям выводить из себя, рискуя однажды послужить катализатором катастрофы – нет, этого Соня допустить не могла. Слишком ей нравилась эта «тайная» профессия, слишком большая часть себя была вложена, слишком честной и ответственной она всегда была.
– Что вы! Как мне может не понравиться что-либо, предложенное вами! – Соня лепетала и сама же чувствовала, как фальшиво звучит. Флюра, несомненно, это тоже поняла. – Конечно, нет! Только помогите! Я буду стараться изо всех сил и сделаю всё как вы скажете.
– Чаю ты мне так и не налила, – старушка, хитро прищурившись, дождалась появления чашки с блюдцем, неторопливо пригубила, а потом неожиданно благосклонно улыбнулась. – Ну ладно, уговорила. У тебя же есть свободная комната? Мне надо на несколько дней уехать, а тут мой племянник приезжает, приюти на недельку. А то ты какая-то нервная стала в последнее время, немного ответственности не помешает. И присматривай за ним как следует, у него талант влипать в неприятности!
Центральный вокзал. Место встречи изменить нельзя. Здесь назначают последние встречи, здесь толпятся провожающие и встречающие, здесь смеются, плачут, обнимаются и улыбаются, а иногда просто молчат, многозначительно посматривая друг на друга. Какой-то фильм начинался с описания зала ожидания, где концентрация искренности выше, чем где бы то ни было ещё. Интересное место, полное историй, случайных встреч, настоящих чувств и чужих аур. Любой, попавший сюда, оставляет в пёстром ковре вокзальных мыслей и эмоций свою цветастую ниточку, а старинное здание вокзала бережёт и хранит её, впитывая случившееся и произошедшее стенами, кирпичами кладки, оконными проёмами и высокими потолочными сводами, словно специально построенными по принципу магического накопителя.
В суетливом мельтешении Соня и обилии деталей пыталась вычленить табло с нужным рейсом, но на глаза ей первым делом попалась процессия дачников с укутанными саженцами и одинокий мужик с вялым букетиком тюльпанов. Как немой укор, как правильно встречать долгожданного пассажира. «Только цветов мне и не хватает», – пронеслась в голове неловкая мысль, надуманная торжественность момента несколько напрягала.