Винтажный бог полностью

Соня обернулась, Саша нежно и медленно гладил кошку по шерсти, перебирая пальцами. Та вдруг шевельнула ухом, вяло мотнула хвостом, затем поднялась на трясущиеся лапы и с характерными звуками принялась дёргаться над полотенцем, глотательные утробные звуки намекали, что её сейчас стошнит прямо на стойку администратора.

– А-а-а! Её сейчас вырвет! Забери её! Убери её!

Девушка на ресепшн завизжала, из очереди послышались крики, кто-то даже стал подниматься, судя по звуку царапающих пол ножек. Кошка очень по-человечьи повернула голову и уставилась на орущую тётку, а затем с какой-то деликатность, но неприятным звуком выплюнула на полотенце кусок то ли земли, то ли камня. Глухо стукнуло, визги по сторонам усилились. Соня внутренне вспыхнула и поняла, что сейчас тут всем будет плохо. А не только ей. Воздух, казалось наэлектризовался от разлитой в помещении агрессии.

– Ой, а что это там такое! – громким голосом выдал Саша, поднял руку прямо к пожарному оросителю и щёлкнул зажигалкой.

В воцарившейся суматохе Соня даже не поняла ничего, огненная вспышка, потом резкий и холодный дождь пеленой, мокрые волосы, текущие за воротник ручьи, а затем её вытолкали на улицу.

– Похоже она просто опьянела, – Саша, когда только успел, держал под мышкой почти не промокшую кошку, а в другой руке – комком грязное полотенце, – я всё взял, дома посмотрим.

– Откуда у тебя зажигалка? Да ещё такая мощная. Ты что, куришь?

– На всякий случай, вдруг костёр разжигать придётся, – пожал плечами парнишка. – А тебе не интересно, почему там была такая толпа народа и почему они так странно себя вели?

– Сегодня же воскресенье, последний шанс что-то успеть сделать на выходных, – начала объяснять Соня, хотя ответ на второй вопрос её тоже интересовал, а потом вдруг сообразила. – Ой, завтра же понедельник. Ты один с кошкой разберёшься? Ключи есть? Я к себе, мне на работу с утра.

О том, что следовало сначала высушить волосы и одежду, Соня подумала только в маршрутке, когда прохладный ветер из форточки неприятно захолодил шею и плечи. Потом вспомнила, что она практики, заклинание тёплого воздуха быстро окутало её, благо сил, после недавнего стресса у неё накопилось предостаточно.

В следующий раз нужно будет просто спустить всё на бытовую магию, подумала она, засыпая.

* * *

Соне снился сон. До жути реалистичный.

Как она одевается и идёт к Флюре, открывает дверь своим ключом, а там дракон – словно сошедший с кухонной картинки, смотрит на неё жёлтыми огненными глазами и молчит…

На столе накрыто на двух человек, в корзиночке хлеб, в розетках – облепиховое варенье, её любимая сахарница по центру и две чайные пары. Соня присаживается на табурет, тот даже скрипит и раскачивается под ней как наяву. Кухня, как настоящая, ещё б не дракон…

– Нет, мы не будем его искать, – говорит он, не открывая рта, слова словно сами возникают в её голове, и смотрит грустно и пронзительно.

Из-за длинных ресниц и толстых складчатых век глаз не видно совсем, но кажется, что смотрит он именно так.

– Почему? Она же твоя тётя, ну… не родная, но тётя. Разве ты не хочешь разобраться с этим? Выяснить всё? Ради тебя она бы сделала, что угодно! – Соня заканчивает обиженно.

Девушка не знает, почему она это говорит, откуда она может знать неродную тётю дракона, и что, вообще, они такое обсуждают, но она чётко знает, что это сон и что надо просто вести себя по его правилам. Непривычное ощущение.