Виражи Судьбы (СИ) полностью

Группа имела широкий диапазон каверов, в основном, альтернативного рока. Но с появлением девушки ребята стали с успехом исполнять собственные англоязычные синглы в готик, фолк и даже фэнтези направлениях, уступая пару номеров фолку на русском, тексты к которым писала Хэлл. Девушка любила экспериментировать (в том числе и со сценическим костюмом), и внесла необходимую живость и театральность в брутальный, но несколько однообразный репертуар и имидж мужского коллектива.

Чуть позже все они просто поселились в ее пятикомнатной сталинке — Хэлл не возражала, потому что они практически стали ее семьей, других родственников не было. Кроме Мишки — старого, верного друга и названного брата.

А еще он был классный бармен и просто хороший парень, удачно организовавший первое выступление «Dark arch» в элитном клубе, где работал. По паспорту он числился русским, коренным москвичом Михаилом Коэнте, и при этом был мулатом модельной внешности и бисексуалом. Народ звал его Миком, Майклом или Фестивалем, и, по сути, он стал их первым менеджером.

Хобби Фестиваля (помимо раскручивания богатеньких папиков) была фотография. Все первые промо-фото для сайта и афиш группы были сделаны им — и имели неожиданно громкий успех: их приобрели несколько глянцевых журналов, после чего и Майкл, и ребята получили дополнительный заработок. А после создания собственного сайта и рассылки демо, посыпались приглашения и предложения — популярность «Dark arch» пошла в гору.

Прекратилось внезапно и трагично. Минивэн с инструментами и всей группой слетел с дороги в горную реку ущелья Агмаз. Выжила только Марина, которую выбросило через лобовое стекло, и она смогла удержаться на выступающем из воды капоте. Сидевшие в салоне с инструментами Димка и Борис погибли сразу, а Никита, в грудь которого вошла рулевая колонка, мучительно уходил на глазах у девушки, плюясь кровью и хрипя ей: «Живи за нас!» С этого момента исчезла сладкоголосая «адская брюнетка Нэт», и появилась девушка, не узнающая себя.

Сломанные руки, ребра, отсутствие изрядного куска памяти — ничто так не повлияло на ее характер, как изменение внешности, которое она не могла ни осознать, ни принять. Абсолютно седые волосы и синяя радужка глаз, вместо зелено-карей. А еще — и это, наверно, в первую очередь — чувство полного сиротства и бессмысленности существования, потому что она не могла не только петь, но и просто говорить.

«Психотравма. Пройдет при надлежащем уходе — у вас хорошая страховка», — говорили медики. А какой уход? В больнице ее навещал только Мишка, правда делал он это регулярно, не давая закиснуть совсем Умывал, причесывал, делал маникюр и даже педикюр; платил нянькам и медсестрам; закармливал Марину и весь персонал своими «вкусняшками»…

Жизнь побаловала Марину Краузе, затем, в один момент отняла у нее все — семью, профессию, близких и даже внешность. Потрясение смертью ребят было настолько сильным, что организм дал странный сбой. Странный, потому что несчастье сделало ее не калекой или уродом, а наоборот — наделило невероятно яркой внешностью и абсолютным пофигизмом. Ее ничто не могло удивить, заинтересовать, порадовать или испугать. Девушка перестала бояться боли (не «испытывать», а именно «бояться»), высоты, скорости, и одновременно с этим у нее проявилась фотографическая память и невероятная способность к языку. Недоучившись в инязе, она, тем не менее, легко читала и интерпретировала на русский англоязычные тексты, немного слабее обстояли дела с немецким, французским и испанским. Именно интерпретировала, превращая в русский литературный или разговорный аналог, а не подстрочник. Поэтому врачи посчитали, что это не накопленные за время обучения знания активизированы, а какая-то скрытая способность мозга.

— Такое бывает крайне редко, — объяснял ей при выписке врач. — Вы — уникум, на вас диссертацию защитить можно, жаль, что вы не хотите в этом сотрудничать. Радуйтесь, что живы, не стали инвалидом, а совсем наоборот. Вам бы сейчас в шоу-бизнес.

И заткнулся, сраженный свирепым взглядом пациентки.

— Простите. Голос, возможно, вернется. Не сразу… И все-таки — радуйтесь. Вам повезло — остальные не выкарабкались. Живите за них».

*