Перед собой, немного в отдалении, мужчина увидел крепость. Каменные стены от времени покрылись трещинами и поросли мхом. Снизу крепость щедро заросла травой и казалось, что она не стоит на земле, а растет из нее. Широкие мощные стены скрывали внутреннее содержание, но Йорий уже был поражен тому, что видел. Всю свою жизнь он считал, что рассказы про дом Скуггена, которые мужчина теперь смутно припоминал, это сказки, а вот теперь он здесь.
Они приблизились к воротам, и Йорий увидел, что вокруг, перед зданием копошились люди – строили новый хлев, рубили дрова для растопки. Женщины и пара ребят лет десяти, работали на огороде перед крепостью.
Увидев этих детей Йорий вновь вспомнил о своей дочери. Она была примерно их возраста и всегда, также весело, с детской беззаботностью, помогала его жене.
Они двинулись по направлению к широким воротам – на удивление открытым, – и когда они проходили под аркой, то Йорию показалось, словно все его тело пронзил холодный поток воздуха.
Йорий и подумать не успел, что это за чертовщина такая, как из мыслей его вырвал тихий, но уверенный голос мага.
– Враг не может войти в дом Скуггена. Сюда могут попасть только друзья хозяина. Человек, желающий зла хозяину, никогда не сможет сюда попасть. А сейчас его хозяин Эрмандад.
Йорий посмотрел на Аарона пристально, а затем на огромные каменные стены.
И Аарон сказал:
– Добро пожаловать домой.
И Йорию захотелось в это верить.
Когда Ноа вошел в комнату, Кайл вел себя очень странно. Сосед неподвижно сидел в темноте под столом, но из своего убежища он сразу поздоровался с Ноа – такой вежливости за ним обычно не замечалось. Ребята жили бок о бок, но почти никогда не вели бесед. И за это, по правде говоря, Ноа считал Кайла лучшим в мире соседом. Но увидев Кайла под столом, даже Ноа, который всегда старался не лезть в чужие дела, был удивлен и заинтригован:
– Что ты делаешь? – недоумевая, спросил парень.
– Неудачи, – коротко ответил Кайл. – Я защищаюсь.
– От неудач? Разве можно защититься от неудач, сидя под столом? – скептически поинтересовался Ноа, присаживаясь рядом.
– Если я буду в темноте, то они могут меня не заметить, – проговорил Кайл.
Ненадолго в комнате повисла тишина. Но Кайл снова ее нарушил:
– Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты предложил взять меня к вам в команду, – тихо пробормотал он. – Я… Мы с тобой не то что бы хорошо общаемся. Просто иногда разговариваем. Но я рад, что ты подумал обо мне. Я постараюсь сильно не навредить вам своим невезением.
– Почему ты так зацикливаешься над этим невезением? – спросил Ноа.
– Потому что это проклятие моей семьи, – коротко ответил его сосед, и Ноа решил не давить на него своими вопросами. Для парня была невероятной уже сама мысль о том, что ему кто-то хоть немного открылся, а тараканы в голове у Кайла они и в Африке тараканы.
Ноа хотел вздремнуть, но на него снизошла одна настолько идиотская – что вполне могла стать гениальной – мысль.
А что если Кайл может что-то рассказать про этих новых людей? Энгстелиг, кажется, назвала их Вайдманами.
– Кайл, ты не знаешь, кто такие Вайдманы? – спросил Ноа.
– Почему ты вдруг спросил о них? – насторожился Кайл.
– Кажется, они приехали в Хэксенштадт, – ответил Ноа.
– Я думаю, что они появились здесь из-за соревнований, но странно что в такую рань, – задумчиво протянул Кайл, а затем, резко взглянув на Ноа, добавил: – Остерегайся их. Это опасные люди. Самые опасные в Вельтерне.
– Почему?
– О Вайдманах говорят… всякое, – ответил Кайл и уставился на пол. – Понимаешь, они ведь наряду с Вайскопфами и Энгстелигами принадлежат к пяти аристократическим кланам Вельтерна и занимают видное место при дворе императора. Но как говорят, держи друзей близко, а врагов еще ближе.
– Так все же, что такого говорят об этих Вайдманах? – настаивал Ноа.
– Ну… как бы это сказать, – Кайл мешкал и не знал, что сказать. – В общем, люди говорят – я еще раз напоминаю, что это просто доводы людей – будто бы именно Вайдманы замешаны в том, что погибли твои дедушка и бабушка. Да и не только их. Говорят, что они приложили руку к многим смертям. А ведь официальные палачи это Энгстелиги.
Кайл посмотрел на него виновато, но уже через секунду снова вперился взглядом в пол. Он то заламывал пальцы, то пытался грызть ногти. И Ноа, в порыве жалости к соседу, ободряюще положил руку на плечо Кайлу. Точнее попытался. Кайл подпрыгнул, как будто его током ударили.
Ноа пытался не думать о своих родственниках. Не думать о жизни, которая у него могла быть. Не думать о том, что убийцы – как Вайдманы и Ройван – вот так просто гуляют по Виридитерре. Эти мысли еще больше укрепляли в нем веру в то, что справедливость – это сказка для детей. Может, ему пора уже составлять список тех, кто должен понести наказание за свои злодеяния?
– А почему их не накажут? – спросил Ноа.
– Понимаешь… это же Вайдманы. Аристократы. За ними стоит император. Что бы они не делали, они скажут, что так будет лучше для Вельтерна.
