Энгстелиг ничего не ответила, хотя последняя фраза Фридриха звучала как издевка. Она встала, закрыв собой Ноа.
– Ох, быть сожженными в своем собственном особняке не такая уж и большая честь, – хихикнула Хельга. – Но вы же, Энгстелиги, больше понимаете в этом, – женщина выдержала паузу и, как бы невзначай добавила: – Вайдманы никогда не горели.
Энгстелиг стойко выдержала эту – брошенную как бы невзначай – реплику, но рукой покрепче ухватилась за Артефакт. Наверное, с таким нравом ей стоило огромных усилий не начать битву прямо здесь.
– Но тем не менее и Вайскопфы, и Энгстелиги с честью служили императору, – сказал Фридрих. – Как жаль, что эти два великих рода угасают.
– Ноа еще юн и его ждет великое будущее, – резко ответила Энгстелиг, и Ноа смутился этим словам, ведь не мог понять, считает так она на самом деле или просто парирует.
– Как знать, как знать, – проговорила Хельга, и глаза ее недобро блеснули. – Будущее закрыто от нас, и никто не может знать, что произойдет. Разве что провидцы, но они никогда не предвидели ничего полезного.
– В любом случае, Ноа нужно проведать друзей. Сегодня выдался тяжелый день и, я думаю, им есть о чем поговорить, – сказала Энгстелиг тем самым тоном, который не терпит неподчинения.
– Какая жалость, – явно переигрывая, пролепетала Хельга. – Но мы еще обязательно увидимся, Ноа, – елейным голосом добавила женщина. И парню показалось, что это точно угроза.
Энсгстелиг подтолкнула Ноа, и они вместе оставили Вайдманов в пустом коридоре.
– Не оборачивайся и выпрями спину, – прошипела Энгстелиг. – Хотя бы покажи, что имеешь достоинство.
Ноа тяжко вздохнул – теперь все вернулось на свои места, – но плечи все же расправил. Потому что парень и сам хотел гордо удалиться от Вайдманов, ощущая – совсем непонятно каким образом – что они смотрят ему в спину, все также оценивая.
– Фрау Энгстелиг, эти люди и вправду виновны в смерти моих… гхм… дедушки и бабушки? – спросил Ноа осторожно.
– Ходят такие слухи, но никто не знает точно, – ответила Энгстелиг холодно.
– А что Фридрих Вайдман имел ввиду, когда говорил про вашу способность?
– Слишком. Много. Вопросов, – отчеканила Энгстелиг.
Она резко остановилась – Вайдманов уже давно не было видно – и сурово взглянула на Ноа.
– Запомни вот что: ни в коем случае не говори им ничего, не бери и не обещай. И самое главное, не дай Фридриху прикоснуться к своим рукам. Эта чертова пиявка скопирует твои способности и глазом не моргнет.
Энгстелиг ушла в своей обычной манере – не прощаясь, просто вылетела за дверь прямо во двор Хэксенштадта. Ноа же не двинулся с места. Он только и думал о том, как бы нечаянно не дотронуться Фридриха. И хоть парень не собирался делать это в ближайшее время, в его душе появилось неприятное ощущение тревоги, которая, в отличие от сильного, но мимолетного страха, так быстро покидать Ноа не собиралась.
Парень, сопровождаемый гнусными мыслями, вышел во двор. Там его уже поджидали друзья. Они также, как и сам Ноа, не понимали, что творится с Никки. Во время первого этапа каждому из них досталось. Махаон и Осо выглядели такими уставшими, будто целый день пытались закатить камень на высокую гору, у Шенга глаз заплыл, но парень все равно устало улыбнулся Ноа, Рикки выглядел самым напряженным, по его лбу катилась струйка крови, да и сам парень тяжело дышал и потирал бок. Друзья с надеждой смотрели на Ноа – хотели узнать хоть что-то про состояние Никки. Парень лишь пожал плечами.
Ноа еще раз посмотрел на друзей. Все, кроме Никки, были в сборе. Но навязчивое ощущение того, что кого-то не хватает, не отпускала. “Точно, Кайл”, – вдруг осенило Ноа. И раз уж это он подтолкнул соседа к участию в Хэксенштадских играх, то теперь чувствовал ответственность.
– Где Кайл? – испуганно спросил Ноа.
– Я здесь, – послышался голос позади ребят, и Кайл протиснулся между Шенгом и Рикки. – Ты не представляешь, что со мной произошло, – на выдохе, почти восхищенно, произнес парень.
– Да, Ноа, ты не представляешь, – повторил за ним Махаон. – Кайл провел нас во второй этап!
– Как это произошло?
Слово теперь взял Кайл:
– Быть мной, оказывается, не так уж и плохо, – он грустно улыбнулся. – Сегодня все так старались выбрать себе противника посильнее, что никто просто меня не заметил. Да уж, тут нечем гордиться.
– Шутишь что ли? – возразил Махаон и хлопнул Кайла по спине. – Если бы не ты, мы бы с позором вылетели из соревнований!
Ноа хотел подбодрить Кайла, хотел сказать ему, что он молодец. Но не успел. Дверь за ним открылась и во двор вышла Эли. Одного взгляда на нее хватило, чтобы у Ноа в голове пронеслись все самые ужасные мысли. Но эльфийка улыбнулась и произнесла:
– Никки очнулась. Теперь ее разрешено навестить.
