Вирус зла (СИ) полностью

На сей раз, реплика Громова произвела на файрусов еще более неожиданный эффект. Красные шары враз позеленели, потом и вовсе сделались синими; местный эфир наполнился даже не шумом - настоящим штормом эмоционально-психических вспышек. Разобраться в этой круговерти чужого языка было гиблым занятием.

- Тихо, - крикнул вдруг Громов, причем сделал это каким-то необычным образом, воздействовав для пущего эффекта на всю местную энергетику. От его приказа в локальной области на несколько секунд остановилось движение молекул, атомов и электронов на своих орбитах.

Виктор сам смог бы сейчас проделать такой же трюк, поэтому понимал, какие титанические силы играючи бросил вход Странник.

- Мы дадим вам время переговорить с Ней. Я знаю, что вы способны общаться, как меж собой, так и с Ней. Сделайте это немедля ни секунды, и помните, иного пути выжить ни у нас, ни у вас попросту нет.

- А говорил, что дипломатия в нашем деле самая важная его часть, - вновь поддел напарника Виктор.

- Дипломатия бывает разная. В любом случае, она всегда заменяла силовые методы решения проблем, а уж каким образом она велась, роли большой не играло.

Внезапно синие шары в помещении вновь приобрели свой прежний огненно красный оттенок, слегка уменьшились в размере, словно бы сжались под действием неведомой могучей силы; внутри каждого из них вдруг протаял огонек белого свечения, который очень скоро стал отчетливо виден на фоне остальной оболочки. Последующие несколько секунд ничего не происходило, а потом белая сердцевина начала пульсировать, очень напоминая при этом пульсацию человеческого сердца.

Откуда-то пришло понимание происходящего, причем Виктор был уверен, что Громов к этому внезапному озарению не имеет никакого отношения. Просто Гагарин действительно начал вспоминать то, что ни одно живое существо в обозримом космосе знать не могло и не должно. Пульсации энергетических сердец файрусов всей колонии (а на контакт с Землей в настоящее время пошла именно вся колония этих загадочных существ) в совокупности образовывала вибрационный контур, при помощи которого теоретически можно было передавать энергетические, информационные и эмоциональные посылы в любом заранее заданном направлении практически на любые расстояния. Правда Виктору до сих пор было трудно представить какими категориями могла оперировать Земля как разумное существо, и как с ней необходимо было общаться. Порой двум знакомым людям не удавалось прийти к консенсусу, а здесь нужно было доложить о своем деловом предложении целой планете, и Гагарин сомневался, что ему это удастся сделать, если, конечно, судьба представит ему такой шанс.

Как видно, судьба распорядилась аналогично. Неизвестно о чем вели диалог файрусы и Земля, но Виктор вскоре услыхал голос коллективного разума колонии:

- Вам придется самостоятельно вести с Ней диалог. Через нас. Подключайтесь к нашему контуру и попытайтесь объяснить Ей то, что объяснили нам.

- Ты знаешь, как это делается? - тут же поинтересовался Виктор у Громова.

- Догадываюсь, - ответил тот, бесстрастно наблюдая за происходящим. - Сразу скажу, что это очень не просто, но возможно. Мне приходилось вести диалог с... подобными системами, надеюсь, с Землей проблем не возникнет.

- Что мне делать?

- Наблюдай за мной, пытайся понять то, что хочет Земля, то, как она мыслит, как существует. Если поймешь это, дело наше сдвинется.

- А если нет? - решил уточнить Виктор.

- А если нет, то мне придется действовать в одиночку. В любом случае не думай о неудаче.

Отстроиться от посторонних вредных мыслей, жужжащих в голове Виктора подобно рассерженному пчелиному улью, оказалось делом довольно трудным. Мало того, что Гагарина совершенно не радовала перспектива общения с целой планетой как с живым и мыслящим существом, так еще взвалившаяся на его плечи ответственность, смешанная с желанием не ударить в грязь лицом перед товарищем, гораздо боле мудрым, опытным и сильным, по началу сковывала действие Виктора и заставляла отвлекаться на посторонние проблемы. Мало помалу, ему все же удалось унять не в меру разыгравшееся воображение, успокоиться и отстраниться от всего лишнего и тогда...