Вишу на горячей мужской руке, что уверенно поддерживает мою спину.
Не знаю почему, но у меня возникает ощущение надежности.
Не успеваю заметить, как под задней частью колена оказывается прохладная опора.
Угловым зрением вижу – диван.
Дергаю голову и опять прерываю поцелуй.
– Вы реально решили поиметь меня прямо на этом грязном диване?
– А что не так?.. И диван, кстати, новый и чистый…Его на днях привезли.., – Парамонов говорит совершенно спокойно, словно речь идет о какой-то пустяковине.
От такой наглости кусаю его нижнюю губу до крови.
– Сучка! Злобная! – оскаливаясь, цыкает Парамоша.
– Баран упертый! – взвиваюсь в одну секунду. – Вы привычно решили, что я такая же, как все ваши шлюхи, которых вы привыкли иметь прямо на рабочем месте. Накося – выкуси!
Переходя на “ты”, на последних словах тычу Парамону в нос комбинацию из трех пальцев! Но…
Не успеваю даже и глазом моргнуть, как оказываюсь спиной на диване под его накачанным телом…
– Нахал! Наглец! Рас-пут-ник! Га-а-ад! – с раздраженного шипения перехожу на громкие томные стоны.
– Еще какой гад! И ты это скоро узнаешь! И будешь течь при виде меня! И стонать подо мной! И умолять будешь: “Сильнее и жестче”! – хмыкает в ответ бархатистый баритон.
Парамоша произносит каждое слово с такой интонацией, что мое тело в такт ему вибрирует.
На ментальном уровне у меня создается впечатление, что этот охальник настраивает меня, словно я музыкальный инструмент.
Приоткрываю веки. Смотрю на Парамона и снова обалдеваю.
Надо мной нависает тело атлета с отлично прокачанными мышцами. С шикарным разлетом плеч. Мощными ручищами и грудью с густой порослью волос.
“Как же он чертовски хорош. Не мужик, а модель с обложки модного журнала. Шикарный самец. На таких как он женская половина от пубертата и до полной потери памяти слюни пускает и мастурбирует, – тут же начинают летать в моем мозгу возбужденно-порочные мысли. – Твою дивизию, неужели и я в кружок члена “парамон-секси” попала…”
И тут же понимаю, что как-то быстро и глупо поддалась магнетизму его самцовой харизмы.
И вот уже даже распласталась под ним, как скатерть самобранка голая.
Осталось лишь на моем теле еще разложить меню из мишленовского ресторана.
Хотя по огню похоти в глазах Парамона дегустировать он собирается только меня.
Смотрю на Парамошу и прямо балдею от того, что вижу его голым.
И моя память тут же подкидывает недавние моменты нашей сексуальной схватки в кабинете.
Его сладкое рукоблудство по-моему телу.
Пульсацию мужского достоинства Парамона в моей ладони.
И наше падение на диван.
А как он меня раздевал…
Вот его длинные пальцы ловко расстегивают пуговицы на моей блузке.
После она летит в сторону вместе с красным шелковым бюстиком.
Справишься с этой задачей, Парамоша в одно движение сдергивает с меня юбку.
Лежа в одних чулках, я дрожу от предвкушения того, что будет дальше.
Мы смотрим глаза в глаза.
Наши взгляды искрят от желания.
Воздух между нами становятся осязаемым и вязким.
Мы оба вибрируем от напряжения и заряда сексуальной энергии.
Руки Парамоши двигаются вниз: туда, где давно нет трусиков.
Чувствую как мое тело на движения его ладоней отзывается жаром.
Лишь только его наглые пальцы касаются моей плоти, как я начинаю течь соками.
Балдею от того, как он нежно и вместе с тем настойчиво и порочно массирует возбужденную точку моего удовольствия.
Тут же в моем теле включается вибро режим.
Интуитивно хватаюсь за руку Парамона.
Он продолжает поглаживать и ласкать мои нижние губы.
В это время его язык в моем рту танцует с моим танец любви.
И мне так хорошо, что даже пропадает желание противиться его напору.
В мозгу лишь одна мысль: “Лишь бы не останавливался!” Но…
Азартный, темпераментный и отвязный Парамон и не собирается этого делать.
Он лишь ускоряется и ускоряется.
И это меня радует…
В унисон рукам Парамона начинаю раскачивать бедра.
Стараюсь усилить контакт между нами и трение мужских пальцев по моей плоти.
– Хочешь меня, сучечка? Знаю…хочешь, – раздается обволакивающий голос моего демона-искусителя.
Вместо ответа только дышу – тяжело и надсадно. Но…
Лишь только его пальцы проходят по моим возбужденным складкам, делают круг по влажной нежной плоти и ныряют внутрь, я громко и протяжно стону.
– Ну, давай…произнеси, – с рыком приказывает мне Парамон. – Не стесняйся. Признайся, что хочешь меня! Попроси, трахнуть тебя жёстко и без остановки.
Ответить могу, да и не хочу, потому что дрожу и горю от пошлых и настойчивых движений его пальцев внутри себя.
– Какая ты мокрая и ужасно тесная! Просто идеальная для моего ствола, – шепчет мне дьявол во плоти.
Ну, здесь уж я не выдерживаю и со смехом выдаю то, о чем буквально через несколько секунд пожалею:
– Недоросль ты писюнявый… Как был мальчиком с комплексами, так и остался…
После моих слов пальцы Парамоши выскальзывают из меня.
Почувствовав пустоту внутри лона, испытываю ужасное разочарование.
Хочется простонать: “Верни все обратно и делай как раньше! И не печалься мальчик, если твой внутренний “трахтен-парамохтен” так и не вырос!” Но…
