‒ Знаешь, да, характером я в папу, но взгляд на мир у меня мамин. В чём-то я была бы похожа на отца, но прошла бы его путь совершенно по-другому.
‒ Например?
‒ Хм, в нашем возрасте он был более безответственным и повзрослел, только когда у родителей появилась я. А я бы ответственнее него относилась к учёбе и прокачала бы себя раньше. И не нужно было бы доказывать повсюду, что я тоже могу быть способной, как это происходит сейчас.
‒ Возможно, от женщин ждут меньшего, но это лишний повод удивить окружающих.
‒ Марго, если люди не хотят чего-то замечать, они и не заметят этого, сколько ни лезь из кожи.
‒ Если бы ты правда так считала, ты бы не училась сейчас здесь, ‒ помолчав, сказала подруга. ‒ Мы ведь не сможем притворяться мужчинами до конца своих дней. А значит, ты рассчитываешь на то, что диплом Скалы поможет заставить людей заметить тебя.
Катя была вынуждена согласиться с этим. Её глаза постепенно закрывались, но девушка сквозь слипающиеся веки упрямо следила, как первые лучи восходящего солнца разрезают утреннее небо. Впереди был новый день работы и борьбы, и она не была бы собой, если бы не встречала этот день с вызовом и готовностью доказывать всем вокруг и себе самой, на что она способна.
Осенние дни летели незаметно. Учёба требовала много сил и времени, и Катя едва успела заметить, как заморозки превратились в настоящий мороз. По утрам слой инея покрывал внешние каменные стены академии, и со стороны казалось, что Скала превращается в глыбу льда.
В коридорах академии стало холодно. Огневики в прохладе наконец-то чувствовали себя комфортно, остальные же студенты зябко потирали ладони и на переменах толпились у очагов с магическим пламенем, обсуждая домашние задания и новости. Главной темой разговоров был зимний бал.
До торжества оставалось меньше месяца. Зимний бал проводился ежегодно в императорском дворце в ночь перед Новолетием. Разумеется, на праздновании присутствовали члены императорской семьи и представители самых значимых родов молодого государства. А в дополнение ‒ студенты престижных академий империи. Считалось, что так императорская семья участвует в культурном просвещении будущего поколения и заботится о молодых людях, помогая им наладить дружеские и деловые связи.
И всё бы ничего, если бы не одно «но». Бал в обязательном порядке предполагал танцы. Поэтому в расписание младших курсов добавились танцевальные классы, а так как Скалистая академия воспитывала исключительно юношей, то репетировать несчастным приходилось друг с другом.
Две недели назад, когда первокурсники впервые услышали об этом, в классах и коридорах слышались возмущённые возгласы и даже истерики. В первые дни уроков самые отчаянные посетили кабинет леди Трисс ‒ не по своей воле, а за попытку сорвать занятия. После недели танцев почти все студенты смирились со своей участью и угрюмо топтали паркет под музыку, исполняя то мужскую партию, то женскую.
Теперь же, когда до бала осталось всего ничего, до студиоузов вдруг дошло, что на торжестве будут присутствовать настоящие девушки, в том числе высокопоставленные, и танцевать придётся, обнимая тонкий женский стан, а не заплывший жирком бок однокурсника. А вслед за этим осознанием наступило массовое помешательство на танцах и этикете.
Карена с Максом танцевальная лихорадка тоже не обошла стороной. То и дело в их комнатку застенчиво стучался какой-нибудь однокурсник и просил одолжить одного из плюшевых мишек. Игрушки стали популярным тренажёром для танцев: с мишками можно было выполнять различные па, попутно засыпая комплиментами и тренируя навык пронизывающего взгляда.
Хуже всех, пожалуй, приходилось Дэну. Он всё же выбрался из медчасти, но на магических занятиях больше не появлялся. Теперь его миккиподобные поклонники стали просить помощи кумира в танцевальных вопросах. Надо сказать, блондин достойно выдерживал эти удары судьбы, но как же ухохатывались Карен и Макс, когда видели в коридоре Дэна, который с каменным лицом кружил в танце очередного приспешника, едва достававшего качку до груди. Зато постоянные тренировки сделали Дэна одним из самых успешных танцоров на потоке.
Катя похвастаться такими успехами не могла. Занятия танцами в прошлой, «девчачьей» жизни сейчас не помогали, а только мешали осваивать мужскую партию. Львиную долю усилий приходилось тратить на то, чтобы делать движения более грубыми, шаги более широкими и ни в коем случае не выгибать спину под рукой партнёра. Леди Трисс, с которой «посчастливилось» учиться танцам первому курсу, то и дело пыталась втолковать студенту, как правильно «вести»: «Вы же мужчина, Авандер! Так продемонстрируйте это своей партнёрше!» Катерина старательно кивала и изображала раскаяние, а в воображении закатывала глаза и показывала учительнице язык. Марго справлялась с задачей лучше, Катя с лёгкой завистью следила, как подруга уверенно «ведёт» в танце, отсутствующим взглядом смотря поверх плеча однокурсника.
