Как только предсказатель вернулся в комнату Мирабель, к нему повернулось пять пар глаз. Джульетта куда-то отошла, и из-за её отсутствия повисла неловкая пауза.
– Похоже, я на траектории обнимашек, – Камило встал с кровати, уступая дяде место, – Мими пожаловалась, что ты свалил неизвестно куда.
– Не было такого, – неловко улыбнулся предсказатель.
– Да, не было. И обнимашек тоже. А она ждёт, – хмыкнул лицедей, – Мими, поздно уже так неистово краснеть, что ты как неродная, в самом деле. Я тут рассказывал, как она пищала после того, как я скопировал твой облик на речке… Ай! Луиза, твой пёс дёрнул меня за пончо!
– Просто Уго у меня воспитанный, – с намёком проговорила Луиза. Бруно сел на краешек кровати:
– Как ты себя чув…
Договорить он не успел: девушка обняла его, зарываясь носом в шею:
– Я пыталась проснуться, но не могла. У меня не получалось. Я так волновалась за тебя и за Долли… Где Долли?
– Ей стыдно, – негромко произнёс Антонио, – Она сидит в комнате и молчит.
– Я должна сходить к ней, тоже была хороша.
– Вот уж точно, – на пороге появилась Пеппа. Над ней висело грозовое облако.
– Пеппа… – начал было Бруно, но рыжая Мадригаль подняла руку:
– Ты испортила свадьбу. Ты и твоя тварь.
– Согласна, – произнесла Мирабель, глядя ей прямо в глаза.
– Ты должна была лучше себя контролировать.
– Я человек. Как и Долорес.
– Что это значит?
Девушка глядела на неё, не моргая, и произошло нечто удивительное: Пеппа сопоставила то, что знала, и, судя по всему, догадалась о тайне, которую юная Мадригаль поклялась не разбалтывать.
– Мам? – всполошился всегда чуткий Камило.
– И ты… и ты не сказала? И ты ничего… Ничего не сказала, – Пеппа кивнула сама себе, и облако над её головой закрапало дождиком. Зелёные глаза переместились на Бруно, – И ты на следующий день…
Предсказатель кивнул, и повелительница погоды, пробормотав «выздоравливай», вышла из комнаты, впустив абуэлу.
Мирабель ожидала разборки, но едва Алма села на стул и исправилась о самочувствии внучки, был задан другой вопрос:
– Где сейчас Вишнёвая тень?
Юная Мадригаль согласно задумалась, глядя в сторону окна:
– Она… Довольно далеко. За пределами Энканто где-то… Кажется, на дереве. Если я закрою глаза, я смогу увидеть то, что видит она, но смутно.
– Как это ощущается?
– Как если бы половина моих внутренних органов бегала где-то отдельно от меня, – усмехнулась девушка, но было видно, что ей не до веселья.
– Тебе… больно? – тихо спросил Бруно. Мирабель подтянула ноги к груди:
– Да. Напоминает зов, будто ветер гуляет в моих костях. Мы с ней бегали под звёздами, и теперь грустим друг без друга.
– Мы сделаем всё, чтобы ты смогла вернуться к нормальной жизни, – решила абуэла, вставая.
– Бабушка.
– Да, mi vida?
Мирабель слегка растянула губы в улыбке:
– Боюсь, что такое существование и есть моя настоящая жизнь.
– Глупости. Наверняка ты проголодалась, скоро будет обед. Всё наладится, вот увидишь.
– Настанет ночь – и я буду биться в горячке. Настанет утро – и я уйду искать Вишнёвую тень. Туда, – девушка указала в сторону разлома в скале, вставая с кровати.
– Я не отпущу тебя одну.
– Я буду не одна, – Мирабель оглянулась на Бруно, который осторожно придерживал её за плечо.
Орда молодых Мадригалей молча созерцала эту сцену.
– Хочешь сказать, – тон у Алмы был ровным, – Вы сбегаете из дома?
– Нет. Мы спокойно уходим, – ответил ей Бруно, чувствуя, как сильно Мирабель сжимает его руку.
– Вы сошли с ума. Оба.
– Ты видела предсказание, мамита. Вишнёвая тень ждёт где-то за горами.
– Тогда ищите её и возвращаетесь.
Двое клеймёных Мадригалей молчали.
– Я поручила Исабеле закрыть проход.
– Достаточно всего одной лазейки, – спокойно возразила ей Мирабель.
– Упрямая девчонка! – Алма шагнула ближе, повышая голос, – Ты и понятия не имеешь, какие опасности могут поджидать тебя во внешнем мире!
– Прошло пятьдесят лет. Мир не стоял на месте.
– Ха, – абуэла скрестила руки на груди, – И дня не пройдёт, как вы вернётесь. Помяните моё слово. Провожать не пойду, но буду ждать, когда придёте обратно.
– Договорились, – кивнула ей Мирабель.
Алма хмыкнула:
– А сейчас идите обедать. Это касается всех.
Пока родственники выходили из комнаты, девушка быстро притянула Бруно к себе, беззвучно целуя в губы:
– Я знала, что ты меня поддержишь!
– Конечно, mi locura, – он дотронулся до её щеки и понял очевидное: пока они вместе, им не страшны ни косые взгляды, ни проклятья, ни опасности внешнего мира.
========== Глава 46 ==========
За обедом царила тишина, прерываемая только приглушёнными раскатами грома над головой Пеппы. Вопреки чаяниям Мирабель, Долорес так и не вышла к столу. Мариано, сидевший с краю, тоже не производил впечатление счастливого человека, хотя он выглядел скорее задумчивым, нежели печальным. Ни одна сила в мире уже не могла исправить его недалёкость, но было заметно, что Гузман всё же пытается сделать какие-то шаги, чтобы исправить ситуацию.
Новость о том, что Бруно и Мирабель собираются идти за Вишнёвой тенью, вызвало некоторую суету. Семейство принялось обдумывать, что можно было бы взять в дорогу, но как-то погодя, будто это был пикник.
