Согласно карте, в крохотном городке Врата Солнца было пять магазинов готового платья. Один из них носил гордое название «Эту ночь вы не забудете» и специализировался на вечерней моде. Рассудив, что это не очень практично, но очень весело, мы решили заглянуть в него на десерт, если у нас останутся силы.
Я достаточно редко ходила обновлять гардероб с кем-то за компанию – мне всегда казалось, что это логичнее делать в одиночестве: в своем темпе, выбирая, сомневаясь и раздумывая так долго, как захочется. Впрочем, наши походы по магазинам с Кадией всегда были чем-то очень веселым (скорее дурашливым, чем полезным: после них в моем шкафу нередко оказывалось прах знает что, но яркое), а совместные вылазки с Дахху непременно превращались в философские диалоги, в результате которых мы быстро забивали на вопрос одежды и шли пить какао.
Как вскоре выяснилось, совместные покупки с Берти и Морганом чудно сочетали в себе элементы шутовства и садизма.
– Слушай, – сказал Голден-Халла, задумчиво глядя на то, как Гарвус бродит между вешалками. – Я тут заметил одну вещь. Ты дольше всего смотришь вот на такие вещи. – он указал на обтягивающую удлиненную тунику из плотной рубиновой ткани и с прихотливым дизайном: к одному плечу одеяния крепилась декоративная ткань, наискось пересекающая грудь, а рукава были расшиты серебряными нитями и украшены пуговицами из камня, похожего на оникс.
– Но берешь в примерочную совсем другие, – рука Берти простерлась в сторону строгой черной майки с высоким воротом.
– Одежда в первую очередь должна быть уместной, Голден-Халла, – фыркнул Морган. – Куда мне идти в этом облачении? Оно больше подходит вельможам подводной Рамблы. Я же живу в шале среди гор, если ты забыл. Или ты предлагаешь мне заявиться в таком виде в Соловьиную песню?
– Патти одобрит!
– Делать мне нечего, наряжаться ради госпожи Вареши, – закатил глаза Гарвус.
То, как маниакально Берти пытался свести своего друга с булочницей, могло бы удивить человека, который плохо знал этих двоих. Но я довольно быстро выяснила, что со стороны Голден-Халлы это просто было безопасным и забавным способом бесить и тем самым бодрить Моргана. А главное – подспудно внушать доктору мысль о том, что он не так одинок, как это может выглядеть со стороны.
Ведь Морган медленно и плохо привыкает к людям. А то, что Берти то и дело упоминает Патти в шутливых перепалках, как бы ускоряет этот процесс, пусть даже реально Гарвус и Вареши практически не общаются. Это схоже с ситуацией, вследствие которой фанаты тех и других популярных актеров начинают считать их друзьями: просто потому, что много знают о них благодаря газетам. Знаменитости как бы включены в контекст жизни горожан, которым это дарит частичку тепла (а актеров, пожалуй, иногда удивляет). Вот и тут: для Моргана Патти из-за болтовни Берти о ней становится чуть-чуть более «своей» – на капельку, капелюсеньку. А в обществе «своих» мизантроп Гарвус все-таки явно чувствует себя лучше, чем в тотальной изоляции, к которой так маниакально стремится. Нет, ясное дело, душой компании ему становиться не стоит. Но чувствовать, что где-то относительно недалеко есть дружелюбно расположенное к нему существо – полезно.
Короче, такими шутками Берти в своей манере манипулирует и заботится, заботится и манипулирует.
Я полюбовалась туникой с ониксами и обернулась к Моргану:
– Может, все-таки примеришь? Действительно ведь красиво.
– Да мне некуда. – начал было повторять он, но я замахала руками:
– Просто попробуй, Гарвус! Пожалуйста!
Подошедшая к нам сотрудница магазина закивала:
– Вам наверняка подойдет.
– Ну или хотя бы посмеемся, – пожал плечами Голден-Халла.
То, что на него насело трое человек сразу, стало для Моргана неприятным сюрпризом. Сопя, он с гордо поднятым носом пошел в примерочную.
А когда через пару минут отодвинул шторку, все мы восторженно заахали.
– Огонь! Огнище! – я показала большой палец. – И я бы не сказала, что она слишком нарядная, знаешь ли. В Шолохе каждый второй так ходит, как минимум, в Верхнем Закатном Квартале. Уверена, в Соловьиной песне в этой тунике ты будешь чувствовать себя совершенно комфортно.
– Только со штанами провал, – цокнул языком Берти. – Твои как-то не сочетаются.
– У нас есть подходящие! – встрепенулась швея и бросилась куда-то в подсобку.
Вскоре она вернулась со штанами, которые явно были сшиты именно к этой тунике: узкие, плотные, с таким же узором из серебра на щиколотках.
– А еще ботинки есть! – швея выхватила откуда-то из-под прилавка замшевые туфли со слегка загнутыми в лесном стиле мысами.
– Нет, ну это уже точно. – начал было Гарвус.
– Шикарно! – обрадовались мы с Голден-Халлой.
На этот раз запихивание Моргана в примерочную напоминало попытки помыть кота. Ей-небо, он цеплялся за стенки руками и шипел.
– Давай-давай, – поднажимал Берти. – Я вообще не понимаю, чего ты упираешься.
– Мне лень, – максимально честно ответил Морган. – И я не доверяю этим брюкам. Они выглядят сомнительно.
– Ты тоже выглядишь сомнительно, не переживай. Вы будете прекрасно сочетаться.
