Мне казалось, что на такой мягкой перине я не спала ни разу в жизни. После того как меня облачили в легкую ночную рубашку и проводили в спальню, я только и успела сжевать свежую лепешку с куском сыра, прежде чем бороться со сном стало просто невыносимо. Отодвинув в сторонку остатки то ли обеда, то ли ужина, я провалилась в подушки. С удивлением понимая, что простыни вовсе не шелковые, как я думала и опасалась, я накрылась пушистым одеялом, слушая как за окном поют птицы. Даже если дальше все будет не так радужно, по крайней мере я могу спокойно выспаться. Да и приняли меня в этом доме куда как лучше, чем могли бы.
Проснулась я уже далеко за полночь. В первые мгновения никак не могла понять, где и как оказалась, так мен разморило в мягкой и уютной постели, не мерный звук, доносящийся со двора быстро привел в сознание. Столько лет проведя в свите принцессы я ни с чем не могла путать лязг железа. Только тревоги этот звук во мне не вызывал совсем. Кажется, кто-то тренировался. Ночью. Под моими окнами.
Потянувшись, чувствуя себя выспавшейся на ближайшие несколько дней, я осторожно спустилась с высокой кровати и попыталась отыскать внизу домашние туфли, выданные мне леди Ламьеной. Шторы были задернуты, только через узкую щель пробивался ночной свет. Кажется, сегодня над этой крепостью светила невероятно яркая луна.
Закинув один из тяжелых отрезов тканей на крюк на стене, я выглянула в окно. Перед сном я не успела даже глянуть, что находится с той стороны, и теперь передо мной открылся небольшой двор, залитый золотым лунным светом. Самого ночного светила я не видела, но света хватало, чтобы рассмотреть каждую травинку, что то тут, то там пробивалась сквозь плиты под ногами неспящего воина. Мужчина, крупный, широкоплечий, в одних штанах, с босыми ногами и голым торсом, стремительными рывками двигался по площадке. Острие длинного копья, то и дело вылавливая лунные блики, и звенело, касаясь плит двора.
Я смотрела как завороженная. Этот человек явно владел немалым мастерством. Конечно, такая манера боя вовсе не подходила для войны, но определенно помогала мужчине держаться в отличной форме и не терять силу. А еще отлично подходила для привлечения внимания дам.
Я невольно хмыкнула. Мое внимание удалось привлечь даже сквозь сон.
Завершав какую-то до безумия сложную связку, воин замер на мгновение, прежде чем медленно подняться из глубокого приседа. Откинув с лица темные волосы, мужчина поднял голову, глянув прямо в мое окно, словно чувствовал взгляд, направленный на него. Не стоило и надеяться, что меня можно не заметить в белой рубашке на фоне темных штор, да еще при свете такой яркой луны. Я даже в первый миг дернулась, собираясь скрыться в глубине спальни, но вовремя узнала Паскаля. Генерал, с чуть кривоватой улыбкой, шел в сторону моего окна, расположенного, кажется на втором этаже над площадкой.
– Я тебя разбудил? Прости, как-то я не привык, что в этой комнате кто-то ночует, – генерал поднял руку, взъерошив волос на затылке. В свете лунных лучей его смуглая кожа блестела каплями пота, и было как-то очень сложно удержать взгляд на его лице: глаза все норовили спуститься пониже, изучить четкие линии торса, переходящие в крепкие бедра. – Обычно все спальни, кроме моей и этой выходят на долину, а не на внутренний двор.
– Я выспалась. Так что сильно не переживайте. Мне было интересно посмотреть на то, как вы занимаетесь.
Паскаль вдруг скривился и прикрыл глаза, прежде чем опять посмотреть на меня, но уже с другим, строгим выражением лица:
– Долго будешь мне выкать? До третьего ребенка? Или же до самых внуков? – голос звучал спокойно, но я почувствовала себя неуютно, отступив на шаг от окна. Веселое, игривое настроение тут же куда-то испарилось.
Видя мою реакцию, явно раздосадованный, мужчина откинул в сторону копье, что до того все еще удерживал в руках, и сложил ладони на груди:
– Ты можешь на меня злиться. Но я все же надеюсь на понимание. Пусть не сейчас, но когда-нибудь… У меня нет выбора. Как и у тебя. В моей жизни было довольно женщин, но судьба не посчитала ни одну из них достойной того, что досталось тебе. Хотя некоторые из них очень бы хотели…
– В твердыне есть твои любовницы?! – перегнувшись через подоконник, резко и громко потребовала я ответа. Я конечно не была готова к свадьбе с этим лордом, но почти смирилась с неизбежным. Но никак не с присутствием целого гарема!
Перебитый мной, паскаль замолчал. Темные брови удивленно взлетели вверх, а затем откинув голову, словно больше не мог удержаться, генерал расхохотался. Его хохот разносился по двору, отскакивая от стен и умножаясь в десятки раз. Я едва не оглохла от этого звука. А еще почувствовала, как стремительно наливаются жаром щеки: все знают, что во всех благородных семьях вполне мирно относятся к наличию любовниц. А иногда и поощряют подобное.
Отсмеявшись, Паскаль заметно расслабился и даже покачал головой, словно подобная мысль никак не могла прийти ему самому в голову.
