Виват, мой генерал! полностью

Сжав зубы, чувствуя себя так, словно кожа обугливается и слезает с тела ошметками, я медленно-медленно дышал. Нужно было успокоиться. Любой ценой.

– Энау! Ты мне нужен, – тихо позвал я, опускаясь на одно колено. Ураган удалось немного придержать, но из-за его силы трещали кости. Кольцо-печатка на пальце нагрелось, а через миг меня окутало бледно-голубое сияние и прохладой.

Ураган внутри тут же пропал, оставив после себя только опустошение. Сердце, кажется, почти не билось.

–  Э, как тебя растащило…–  голос походил на шелест. Рядом, собираясь из серебристо-голубых искр, вырос призрачный гигант. Очертания, казалось, перекатывались, постоянно меняясь. Дух скользил, вокруг меня, но все еще держал прохладный кокон, позволяя унять ту силу, что стала вдруг такой непослушной. –  Я думал, что у меня появится госпожа, а вместо этого я едва не лишился господина. Шартрез, что происходит?

Капитан сглотнул. Я никогда не мог сказать, кого из нас он опасается больше, меня, или хранителя моего рода. Но если мои вспышки были хотя бы обоснованными и читаемыми, то реакцию бесплотной сущности, что оберегала наследника, предсказать не взялся бы никто.

– Наша госпожа… барышня, она сбежала, – сипло отозвался седовласый офицер, что не боялся в этой жизни ни смерти, ни предательства.

–  Вот оставь вас одних. Сразу бы меня вызвал, окольцевали бы, никуда не делась,  – Энау, чувствуя, что я взял под контроль свою силу, убрал защитную пелену, и шартрез бросился ко мне, помогая подняться на ноги. Конечности подрагивали от такого напряжения, но я старался не обращать на это внимания. Были куда более важные дела. –  Что делать станешь, наследник рода?

– Так спрашиваешь, словно сам не знаешь, – недовольно скривился я и отошел к пологу шатра. Времени у меня было не так и много. Сила, не получая удовлетворения, кипела и выходила из-под контроля, а так и до безумия недалеко. – Собираемся на охоту. Энау, помнишь, как мы когда-то Арианну по лесам искали?

Дух оскалился, и вдруг скомкался, стал ниже, темнее, плотнее, пока посреди шатра не появилась большая, длинномордая собака с красными глазами и стоящими ушами. Вот только улыбка на собачьей морде была такой же, как на лице духа до того. Только зубы у нового облика были куда длиннее.

Глянув на зверя, я вопросительно склонил голову, показывая, что не слишком удовлетворен результатом. Тогда, склонив голову, из туманного, с неровной дымящейся кромкой, тела, возник еще один пес, словно точная копия первого.

– Так лучше? – собачья пасть шевелилась, но звук ощущался где-то в голове, а не в пространстве.

– Да, определенно. Иди, найди след, пока мы готовимся. Шартрез, – я повернулся к капитану, что молча смотрел за изменениями Энау без страха, но с интересом Эти двое были хорошо и давно знакомы.

– Слушаю, мой лорд.

– Собери мне человек пять, толковых. Быстрых и сообразительных. С лошадьми. Выступаем через полчаса налегке. Остальных веди обратно, в Лимерию. Нечего здесь Жуану глаза мозолить. А если этот царственный умник надумает на нас опять скалиться, тогда будем уже иначе действовать. Но главное – поймать барышню. Клара. Где же ты, моя прекрасная девица с волосами цвета стали?

Почтовая карета шла так легко и резво, что у меня от радости подпрыгивала сердце. Может, я вовсе не верно поняла судьбу, и все это случилось именно для этого: для того, что бы я сбежала от капризной и вредной госпожи? Конечно, могут возникнуть вопросы, все же таких чародеек как я, в мире не много, а в нашей стране та и подавно. Но я не раз и не два говорила княгиня Каврионской, что оказываю принцессе медвежью услугу. Девушка, будь она хоть четрежды вспыльчивой и царственной, должна уметь сдерживать свои порывы сама!

– Подготовьте документы для проверки! – граница между двумя государствами была здесь довольно условной. Так как мы находились в состоянии мира, то и застава проверяла документы больше для приличия.

На землю медленно опускались сумерки, а до Лимерийской деревни, по эту сторону, было еще довольно далеко. Тело начинало ломить от усталости: не привыкла я к таким путешествиям, где в одной карете, пусть и большой, сидит сразу столько народу, утыкаясь друг друга плечами. И пусть рядом была приличного вида старушка, направляющаяся к внукам, а с другой стороны женщина средних лет, но мужчины напротив откровенно воняли. День был душным, и к ночи вполне мог разразиться грозой, но я к такому не привыкла.

– Не спите там, – пока я размышляла о своей судьбе, в нутро кареты заглянул солдат в форме Лимерии. От желтоватого света фонаря лица людей приобрели необычные черты, исказившись тенями. – Показывайте бумаги.