Постепенно ко мне стала возвращаться уверенность в себе. Я наконец узнала, что у меня есть талант, а еще уверенности мне придавало появление придуманных мною вещей в стиле панк на парижских подиумах. Я видела, как там все меняется. Меняются прически. Меняется даже «Vogue». Меня стали принимать всерьез. Например, я была у Грейс Коддингтон из лондонского «Vogue». Пришла к ней с чемоданом созданных мною вещей, и ее смутила одежда, которую я ей показала, совершенно ее не заинтересовав. Помню, я подумала: она хотя бы увидела, что дизайн хороший. Я поставила перед ней на стол маленькие ботиночки, превратившиеся в пиратские ботинки: выглядели они необыкновенно. Теперь они встречались по всему миру – и в Париже тоже. Но тогда она сказала так: «Нет-нет, поищите другой журнал». Так что я отправилась в «Ritz», и они поместили меня на обложку. Между прочим, на Грейс, хоть она и отвергла меня, была точная копия мохерового свитера, который придумала я!»
Кэролайн Бейкер (по словам Вивьен, «удивительный стилист»; она работала сначала в «Vogue», а потом у Вествуд) говорит, что лишь после того, как Терри Джонс ушел из «Vogue» и помог основать журнал «i-D», посвященный уличной моде и ее воздействию на нашу жизнь, в британском «Vogue» осознали, что упустили. «Мне нравилось, что делали в компании Вивьен, – говорит Кэролайн, – ее работы казались естественным и явным отражением творившегося в политической жизни страны хаоса, так что со стороны «Vogue» и других изданий было глупо игнорировать их. Моими любимыми коллекциями у нее были первые две – «Пираты» и «Девушки из Буффало». Они были словно приготовленные для нас блюда: аппетитные, простые, появившиеся перед нами будто по волшебству. Я стала немного растаманкой – такими же были образы из коллекции «Девушки из Буффало»: пышные юбки, растаманские шапки, прически с небрежными завитками: мы отыскали древнюю технику завивки волос, когда прядки накручивают на хлопковые ленточки. Все это придумала Вивьен».
Вивьен (в заднем ряду в центре) и ее сотрудники у магазина «Nostalgia of Mud» в Сент-Кристофер, 1982
«В общем, к 82-му – 83-му году я работала одна. У меня был закройщик и две швеи. Но даже вещи примерять приходилось самой. Я поняла, что, если хочешь, чтобы вещь хорошо и правильно сидела, нет ничего лучше, чем надеть ее на себя. Я до сих пор так считаю. Я так привыкла. Но в те времена мне было очень, очень тяжело.
Так что я сама стала придумывать модели и сама руководила компанией, организовывать производство и все остальное оказалось ужасно тяжело. Я знала, что это такое. Я была сама по себе, и хотя пресса с ума сходила по тому, что мы делали, до выпуска коллекций «Mini Сrini» («Мини-крини») и «Харрис-твид» у нас выдалось десять крайне тяжелых лет».
