Пожалуй, основополагающим документом для зарождавшегося панка стала работа Ги Дебора «Общество спектакля». Она оказала огромное влияние на студентов школ искусств тех лет. Дебор был теоретиком, родоначальником Ситуационистского интернационала, основанного еще в начале 1950-х годов, но ставшего широко известным в Европе и отчасти в студенческой среде Америки лишь к концу 60-х. До некоторой степени «Общество спектакля» стало голосом и теоретической базой «Красного мая»[8] 1968 года в Париже, случившегося спустя несколько месяцев после рождения Джо. Впервые после революций 1840-х годов студенты и художники оказались способны свергнуть правительство и раздуть огонь перемен. Идеи ситуационистов гласили, что художники и мыслители несут моральную ответственность за то, чтобы сломать границы между «искусством» и «настоящей жизнью» и так избежать коммерциализации первого. Иными словами, художники и активисты должны были намеренно сбивать с толку зрителей и слушателей и в идеале выполнять роль агентов-провокаторов, устраивая вычурные и потенциально рискованные хэппенинги, которые являлись бы абсурдным отражением существующего положения вещей. Искусство и протесты должны были переместиться на улицы, не сдерживаемые никакими рамками. Привычная манера и структура была отвергнута, как отвергнуты были общепринятые художественные средства, строгая критика галерей и журналистов и академичность. Последователей ситуационистов легко узнать в любителях популярных нынче флешмобов, веселых и абсурдных, которые быстро организуются посредством социальных сетей. В конце 60-х организовать массовое действо было немного сложнее. Проводя ситуационистские хэппенинги, которые нельзя было назвать ни акцией протеста, ни искусством, ни уличным театром, Малкольм увлеченно смешивал сюрреализм, дадаизм и «наркоманскую» эстетику, популярную в те годы. Например, через месяц после рождения Джо Малкольму пришла в голову идея вместе с Фредом Верморелем и несколькими другими студентами-художниками переодеться в Санта-Клаусов и приступом взять отдел игрушек в универмаге «Harrods», а после раздать добычу. Немногие молодые отцы придумали бы столь анархичный ответ на коммерциализацию детства. Охранники целых полчаса разгоняли веселую толпу, и у нескольких счастливчиков, хотя и не у Джо, Рождество наступило раньше, а Малкольм впервые вдохнул пьянящий воздух славы: о нем написали в прессе, его поступок вызвал множество споров и создал ему дурную репутацию в художественных кругах.
Вивьен у магазина «Let It Rock», 1971
Пока Вивьен боролась за существование в Эйгберт-Мэншнс, Малкольм, благодаря цвету волос и политическим взглядам получивший прозвище Красный Малкольм, собрал вокруг себя толпу единомышленников – интересующихся политикой художников. Среди них были Джейми Рейд, художник-график, внесший большой вклад в иконографию панка, Фред Верморель, Робин Скотт, а позже Хелен Мининберг – все яростные радикалы, убежденные в том, что их акции должны быть революционными по амбициям и масштабу. Рейд организовал в Кройдоне местное издательство, а Верморель отправился в Париж, подбивая Малкольма поехать с ним, то ли несмотря на Вивьен и Джо, то ли ради них. И хотя Малкольм не мог или не хотел туда ехать вплоть до поворотных майских событий 1968 года, он перенял у Фреда несколько лозунгов, впервые прозвучавших в кампусе Школы изящных искусств на мятежном Левом берегу Сены, ставших впоследствии знаменитыми мантрами панка и появившихся на футболках Вивьен: «Будь разумным – требуй невозможного», «Под брусчаткой пляж», «Запрещается запрещать».
В те годы и в политике, и в искусстве бурлили страсти, и Малкольм желал быть к этому причастным – вместе с Вивьен и сыном или без них. «Меня воодушевляла идея вывести культуру на улицы и изменить течение жизни, использовать ее, чтобы внести смуту», – говорил Малкольм. Вивьен переняла эту мысль, и до сих пор она читается во многом, что Вивьен делает и проповедует: чтобы люди задумались, а мир стал другим, нужно заниматься искусством в открытую. А ее ситуационистское искусство – это одежда.
Ситуационизм во многом стал массовым как идея, как неотъемлемая часть современного искусства, причем еще задолго до шокирующей тактики Дэмиена Херста или Трейси Эмин, подруги Вивьен. К лучшему или к худшему, понятие искусства изменилось, а идеи и протест выражаются всевозможными способами. И хотя Малкольма с показным гедонистическим миром конца 60-х, созданным увлекавшимися политикой студентами, сейчас запросто поднимут на смех, наследие ситуационистов, сохранившееся благодаря Макларену, Вивьен и панк-культуре, сложно недооценить. Благодаря ситуационистам уличная мода проникла на подиум. Благодаря им же начали обсуждать художественную составляющую многих форм выражения протеста и своего «я». Кроме того, уже взаимосвязанные миры поп-музыки, искусства, графического дизайна и моды слились в один громкий рев неповиновения – панк.
