Когда Вивьен вернулась в «World’s End» из Америки, Джонни Роттен (Джон Лайдон) тут же приобрел одежду в обновленном ею стиле. Роттен, создавший впоследствии группу «The Sex Pistols» вместе с другими молодыми людьми, часто заходившими в магазин Вивьен, полагал, что именно она сделала образ цельным. Она же считает, что это он породил моду на булавки. Сейчас Роттен резко критикует Вивьен за то, что она стала продавать одежду, которая по своей природе должна была быть творческой «самоделкой» и выражать антикапиталистические настроения. Что тут скажешь? Некоторые рокеры не хотят идти вперед.
Отель «Chelsea» в Нью-Йорке, 1974
Забавно, но как раз из Америки и с подачи «The New York Dolls» Вивьен и Малкольм привезли свой самый спорный мотив в одежде – свастику. Йохансен заявлял, что они еще со старших классов всячески обыгрывали нацистский символ, черепа и кости: они казались им нейтральными с исторической точки зрения, как пиратский флаг, не вызывающими страха. Для поколения, не жившего во времена холокоста, свастика служила просто средством эпатажа. «Если ты хочешь заявить всем, что ты очень плохой, ты так и делаешь», – говорил Йохансен, и нацистский символ добавился к символам бунта. Однако для многих людей, в том числе и для отца Вивьен, свастика слишком глубоко и прочно связывалась не с политикой свободы, а с политикой репрессий.
«Когда мы с Малкольмом были вместе, – объясняет Вивьен, – он хотел шокировать окружающих, а я то и дело возвращалась к мотиву свастики. Однако у Малкольма, еврея по крови, были свои причины ее использовать. Мы не только отвергали ценности старшего поколения, мы отвергали и их табу». В целом в создаваемом ими образе была изрядная доля иронии и юмора. Например, они использовали настоящие «строгие» собачьи ошейники с шипами: «Ты надевал его и, по сути, унижал самого себя, но в то же время избавлялся от своего эготизма».
У «Dolls» была своя сценическая манера. Может, больше ничего особенного, зато манера незабываемая». Джонни Сандерс из «The New York Dolls
Что-то после путешествия в Америку изменилось в стиле Вивьен и Малкольма, но к нему не просто добавились нью-йоркские черты. Магазин «Let It Rock» открывался во время возрождения интереса ко всему американскому, то же было и с создаваемым под впечатлением от Джеймса Дина «Too Fast to Live Too Young to Die». К началу 70-х годов Вивьен и Малкольм в своих работах брали за основу образ Америки из фильмов и музыки, рассказывающих об агрессивных настроениях горожан-американцев. Таковы, например, персонажи фильмов «Таксист» («Taxi Driver») и «Разыскивающий» («Cruising»), классические образы «Ангелов ада» с их эстетикой секса и смерти, герои «Заводного апельсина» Кубрика с их жутким макияжем, буйные, склонные к насилию. Вивьен начала деконструировать увиденные образы, буквально разбирая их на части и собирая в гибридные копии, чего требовали покупатели. Поездка в Нью-Йорк помогла ей осознать, какое влияние ее идеи оказывали за рубежом: ими заинтересовался Уорхол, «Dolls» хотели носить ее одежду, а Ричард Хелл вообще являл собой синтез всех идей, которые уже зарождались у нее в голове. Прибавим к этому поэтизированный нигилизм современного городского воина – символ американской мужественности, которая всегда так привлекала Вивьен. Кроме того, после поездки в Нью-Йорк обозначились перемены в личных интересах Вивьен и Малкольма, а также в их взаимном интересе. Вивьен поняла, что ее эксперименты в области моды могут сформировать образ поколения, а Малкольм еще больше уверился в том, что музыкальная группа может удачнее всего объединить искусство, музыку и ситуационистские хэппенинги. Так началась настоящая панк-революция и наметился будущий крах супружеского союза Вивьен и Малкольма.
