— Всего-то, — с облегчением выдыхает альфа, откидываясь на спинку кресла. — Хотя, зная Зака, уверен, что он преподнёс этот вопрос так, что ответ, будто я негодный альфа, при живой супруге заводящий себе смазливых любовников, показался тебе само собой разумеющимся.
— Да, именно так и показалось, — не стерпев вольного тона альфы, Вивиан, уже было раскисший до состояния тряпки, снова собирает свою омежью волю в кулак. — И подобное, хотя, может, и обманчивое впечатление, сильно пошатнуло моё мнение о тебе как руководителе.
— И альфе, — добавляет за него Хэйс, в ответ на что Вивиан молчит. Не видит смысла отрицать очевидное, раз даже альфа ощущает это животное, неприемлемое притяжение, которому сопротивляются они оба. — Я догадывался о причине, но хотел услышать её от тебя… И добавить, — пресекая его попытку высказаться, мужчина властно приподнимает руку. Простой жест, но Вивиан покорно умолкает. В конце концов, он не раз уже использовал свою омежью слабость, чтобы добиться тех результатов, которых упрямством и напором не достичь. Случай с Хэйсом, судя по всему, именно такой.
— Я был женат, Вивиан. Был, — подчёркивает альфа. — Три года. И вот уже два года как не состою в браке. Так что Зак просто сыграл на твоих благородных омежьих чувствах, банально обзавидовавшись.
— Думаю, мне стоит извиниться, — отводя взгляд, бормочет омега, — но я не стану этого делать, раз ты такой понятливый.
— И не нужно, — усмехаясь, отмахивается альфа. — Мне приятна твоя ревность.
— Это не ревность, — бросает Вивиан, но более никак не комментирует произошедшее. Он просто не находит слов, хотя и не испытывает ни стыда, ни неловкости, ни даже банального раздражения из-за того, что альфа чуть ли не щелчком пальцев раскрыл истинные мотивы его стервозного поведения.
— Больше ни о чём спросить не хочешь? — подначивает его альфа, понимая, что на этом зависшем молчании их разговор тоже может зависнуть.
— Не особо, — пожимает плечами Тайтус, начиная складывать свой рабочий портфель. Пора домой, иначе он действительно поддастся любопытству и спросит…
— Твой брак был договорным?
— Им самым, — кивая, выкладывает всё как на духу Хэйс, — но мне не в чем упрекнуть Лорин. Она была замечательной женой и помощницей, другом и партнёром, леди и женщиной, раз уж на то пошло, но между нами не было искры. Лорин это понимала, чувствовала, как и я, поэтому, вопреки воле своего отца, и дала согласие на развод. Сейчас она счастлива с другим мужчиной, которого, как я подозреваю, любит уже давно.
— Искры? — уцепившись за столь царапнувшее его слух слово, переспрашивает Вивиан. — Любовь бывает разной, Хэйс, и наличие этой, как ты говоришь, искры совершенно не обязательно.
— Ты прав и неправ одновременно, — опять кивает альфа, причём с таким важным видом, словно лекцию читает, отчего омегу так и подмывает хорошенько вмазать этому напыщенному индюку по его смазливой морде лица.
— Вивиан, ты же омега, — подаётся вперёд Хэйс, словно выкладывает перед ним на стол неоспоримый факт. — Тебе ли не знать, что альфа и женщина — это природная коллизия, а не норма. Моя порода сама по себе предопределяет тягу к омегам, которую я, как ни старался, не смог преодолеть. Женщина — это не моё, и не только в сексуальном плане. К тому же за все три года нам с Лорин так и не удалось зачать ребёнка, что, к слову, было одним из условий нашего с ней брака по договорённости.
— И теперь, разведясь, ты ищешь омегу, в паре с которой почувствовал бы ту самую искру? – Вивиан фыркает. — Не смеши меня, Хэйс. Истинность — это не меньшая коллизия, нежели союз альфы и женщины.
— Уже не ищу, — склоняя голову вбок, отвечает на его выпад альфа таким тоном, от которого внутри Тайтуса всё замирает. Хэйс только рот приоткрывает, дабы произнести следующую фразу, а он уже отчаянно, словно онемев, отрицательно машет головой.
Нет, он не хочет. Не готов это услышать. Наоборот, готов заткнуть альфе рот, только бы он не произносил этого вслух, но отчего-то подобно изваянию застывает в кресле, затаив дыхание и следя за каждым движением губ Хэйса. Он не слышит слов — он их читает, отказываясь верить в то, что судьба действительно может быть настолько подлой.
— Мы оба чувствуем это притяжение, Вивиан. Ещё не зная, кто ты и как оказался у этого здания, я пошёл к тебе. На поводу у инстинкта, разбуженного твоим запахом, интуиции, ощущений — называй это как хочешь, но не отрицай. Нас влечёт друг к другу, потому что такова наша природа, но мне кажется… — Хэйс наконец шумно выдыхает, давая понять, что ему эти слова легко не дались. — Я хочу понять, что именно это за притяжение. То, что осязаемое, или же то, что более глубокое, чувственное, а для этого нам нужно попробовать построить отношения. Я не настаиваю, Вивиан, — Хэйс подымается, так и не дав вставить ему ни слова. — У тебя как раз есть неделя, чтобы хорошо обдумать моё предложение.
