— Ты как, в порядке? — заботливо осведомляется Макс, в ответ на что Вивиан лишь рукой машет, мол, поехали уже. Попросил именно Невского потому, что уверен в этом альфе намного больше, чем в Хэйсе. И хотя течка как таковая уже закончилась, но запах он по-прежнему источает концентрированный, замаскировать который не могут даже специальные спреи.
Вивиан одёргивает себя: не о том ему сейчас стоит беспокоиться, а об аудиторе, который, с чего-то вдруг, пожелал лично встретиться с ним. Что же касаемо Хэйса… К какому-то определённому ответу омега так и не пришёл, то склоняясь к решению принципиально-рациональному, то всё же уступая собственной природе и личным страхам.
Останавливаются они не у офиса, а у ресторана, что настораживает Тайтуса ещё больше. Невского он не расспрашивает, не имея привычки судить о чём-то из чужих уст. Да и то, что ждали их в VIP-комнате, Вивиана не удивило. Переступив порог, первым, с кем он пересекается взглядом, оказывается именно Хэйс.
— Здравствуйте, мистер Тайтус, — поднявшись с дивана, высокая шатенка подаёт ему руку, улыбаясь. — Моё имя Грета Спинофф. Рада встрече.
— Взаимно, — Вивиан оценивает уверенное ответное рукопожатие, стараясь смотреть именно на аудитора, а не на развалившегося на диване альфу.
То ли его воображение подводит, то ли Хэйс сегодня и правда выглядит как-то по-особенному привлекательно. И дело даже не в его обволакивающем запахе, а в самом мужчине в принципе, одетом в расстёгнутую на пару верхних пуговиц белую рубашку и узкие тёмно-синие брюки.
Конечно же — Вивиан фыркает — околдовать женщину своим альфьим ароматом у Хэйса не получится, а вот произвести на неё впечатление одним своим внешним видом… Нет, Вивиан не ревнует, просто не понимает. Не понимает, почему все альфы считают, что каждый, будь то омега или же женщина, упадёт к их ногам, стоит только напустить на себя вид элитного самца? Не понимает и тем не менее знает, что это срабатывает в девяноста девяти случаях из ста, и себя к той единственной единице он не причисляет.
— Вы хотели о чём-то поговорить со мной лично? — обращаясь к аудитору, сразу же переходит к делу Тайтус. — Простите, что тороплю, однако я всё ещё неважно себя чувствую.
— Да, конечно. Присядем, — понятливо кивает женщина.
Признаться, Вивиан слегка приукрасил собственное состояние. Если до этого омеге казалось, что его распылили и в кучу собраться никак, то только что, вдохнув аромат альфы, он едва с ног не свалился от ощущения, будто его мощным хлопком сжали обратно в комок. В животе снова потеплело, по телу прошла дрожь, выступила испарина, а сердце заколотилось в груди так, словно он на последнем издыхании добегает марафон, так что предложение «присесть» оказалось весьма кстати. И это ещё альфа сдерживал себя.
Одного взгляда на Хэйса достаточно, чтобы понять, что и тому не слаще. Альфа глубоко дышит, не сводя с него взгляда. Голодного.
«Не одному мне херово. Да, Хэйс?» — мстительно думает омега, нарочито не скрывая свой запах и не сдерживая пульсирующий, аки заманчивая ловушка, ореол. Женщина всё равно не поймёт, Невский не станет вмешиваться, а вот Хэйс… Альфа, ввиду ситуации, беспомощен, и оттого ему хуже вдвойне.
— Я бы хотела выказать вам своё восхищение, мистер Тайтус… — пафосно начинает женщина, и Вивиан сразу же понимает, о чём пойдёт речь и зачем потребовалось его присутствие. Аудит они прошли на ура, и пусть это не исключительно его заслуга, но Тайтус горд собой как никогда ранее, мысленно представляя перекошенное лицо мистера Стоуна, или кто там пытается ставить им палки в колёса.
Не на ту лошадку поставили — вот что планирует сказать Вивиан в лицо тому, кто таки, не имея выбора, выйдет из тени, дабы лично поучаствовать в решающем сражении.
На протяжении следующего часа он отвечает на вопросы аудитора, даёт пояснения, выслушивает её комментарии, рекомендации и похвалы. И нестерпимо желает, чтобы эта чесалка языками закончилась как можно быстрее. Запах возбуждённого альфы назойлив, несмотря на то что Невский приоткрыл окно, а сам Хэйс пару раз покидал их. Вивиан сомневается, что альфа ходил в туалет, дабы снять напряжение — не та порода у этого самца, — да и направленный только на него взгляд Хэйса такой жадный и горячий, что плавит его омежье самолюбие. Кто бы мог подумать, что, когда тебя желают столь откровенно, без каких-либо иных мотивов, кроме как обладать тем, что считаешь чуть ли не своей собственностью, возбуждение становится подобно предвкушению чего-то горько-сладкого, как его столь любимый шоколадный тортик с крепким кофе. По крайней мере, таково омежье восприятие Вивиана Тайтуса.
— Благодарю вас: и за то, что приехали, и за проделанную вами работу, — наконец-то, подымаясь, женщина вроде как прощается с ним. — Я однозначно буду рекомендовать продление испытательного срока ещё на полгода, так как искренне убеждена в том, что филиал в Ричестер-Холл не просто подымется с колен, но ещё и даст фору другим, более крупным, в чём полагаюсь на вас, мистер Тайтус. И конечно же на вас, мистер Хэйс.
