— Доброе утро, — омега в одном лишь банном халате, золотистые волосы которого всё ещё влажные после душа, покладисто отступает в сторону. — Проходите.
Дважды Вивиана приглашать не нужно. Развернись он и уйди — у Хэйса уже будет повод подозревать его в ревности, а ведь они всего лишь секс-партнёры, не больше. Переступая порог номера, он настраивает себя на холодность и беспристрастность, однако вся та гамма эмоций, что кипит у него внутри, настойчиво просится наружу, кривя его губы, дрожа на кончиках пальцев и пульсируя в ореоле праведным негодованием.
Вивиан узнаёт этот запах, который, кто бы сомневался, источает золотоволосый омега. Мало того, что сучонок красив и породист, так ещё и пахнет именно тем ароматом, который он изредка чуял не только на Мелоди, но и на Хэйсе. А ещё он прекрасно помнит лицо этого смазливого красавчика, который вчера блистал на заседании, будучи лишь в шаге от того, чтобы затмить его самого. Омега сопровождал директора дочерней компании в Торонто и, к слову, абсолютно ничем не выдал, что знаком с Хэйсом. Интересно, альфа как-то прокомментирует сиё вопиющее столкновение двух своих любовников или же сочтёт это нормой? Как бы Вивиан сам ни смотрел на их с Хэйсом отношения, однако подобная неверность, пренебрежение им и, более того, осведомлённость второго любовника альфы рвут его гордость в клочья.
Хэйса он застаёт в царственной позе. То бишь уже при деловом параде, на диване, с утренней газетой и чашкой кофе в руках. Вылитый аристократ, блин. Барин доморощенный, чтоб этого альфу те самые черти драли и в хвост, и в гриву.
— Доброе утро, — выдавливает Вивиан из себя, отмечая, что золотоволосый омега совершенно потерял к нему интерес. Тот занят завтраком, наливая себе кофе и добавляя в чашку много, очень много сливок.
— Доброе, Вивиан, — Хэйс соизволил оторваться от газеты и посмотреть в его сторону. Спокойствие альфы бесит Вивиана. И он совершенно ни хрена не понимает. Не пахнет в номере ни страстью, ни сексом, ни совместным запахом этой парочки. Пахнет просто Хэйсом и этим омегой, который определённо провёл ночь в этом номере, непонятно на каком основании и с какой целью. Если сейчас Хэйс скажет, что они с омегой просто старые друзья, которые, работая, засиделись допоздна, Вивиан даже не знает, как ему быть: верить или нет.
— Хотя, судя по вашему настрою, вам уже кто-то успел его испортить, — альфа хмыкает. — Позавтракаете с нами?
— Спасибо, я не голоден, — цедит Вивиан, тем самым только накаляя вроде как, напротив, довольно спокойную обстановку. Тем временем венценосный омега подымает на него свой взгляд. Спокойный такой взгляд карих глаз, может, самую чуточку заинтересованный, глубокий и в каком-то смысле гипнотизирующий. Он, бесспорно, чует нежный аромат этого омеги, но осязает его ореол очень остро. Этот омега естествен в своей грубой силе и прекрасен в своей внешности. Вот что значит порода. И хотя Тайтус знает, что венценосный осязает его так же, у него самого от этого ни самооценки, ни уверенности не прибавляется. Да, Вивиан признаёт, что эта парочка застала его врасплох и загнала в угол, но это ещё не означает, что он признал своё поражение.
— Вы мне нравитесь, Вивиан, — внезапно выдаёт омега, оторвавшись от своей порции газеты. — Слышишь, Сэм, мне нравится этот омега, и я надругаюсь над предметом твоей альфьей гордости, если ты посмеешь его обидеть.
— Присядьте, Вивиан, — примирительно, со вздохом, просит, именно просит, Хэйс. — Вы вдвоём просто сметаете моё самообладание.
— И кто же вам в этом виноват, мистер Хэйс? — вздёрнув подбородок, спрашивает Вивиан, таки присаживаясь в кресло. Образуется чёртов треугольник. Всё-таки какая-то ненормальная они с Хэйсом парочка: вроде как договорились, что без обязательств, и тем не менее испытывают нервы друг друга, демонстрируя былые связи и расхватистость собственной персоны у противоположного пола. Идиоты — что тут ещё скажешь!
— Познакомься, Вивиан, — Хэйс переходит на ты, указывая на венценосного омегу. — Алоис Мелоди.
— Очень приятно, — красавец подаёт ему руку, которую Вивиан, приличия ради, пожимает.
Хэйс, блядь, лапшу ему на уши вешает? Каким, спрашивается, боком этот омега похож на беспристрастного, словно ледяная глыба, Фореста?! Да между ним и бетой нет ни капли схожести. Нет, ну, может, если их поставить рядом, то что-то общее отыскать можно, но явно не в чертах внешности. Да этот Алоис на Хэйса больше похож, чем на Мелоди!
— Алоис Хэйс-Мелоди, если уж представляться полным именем, — и омега тянет такую довольную лыбу, словно за придатки его держит. Вот, блядь, паршивец.
