– Твоя жизнь в моих руках, девочка! Куртуазное общение закончилось, больше я не буду прятаться под маской вымышленной вежливости! Твой драгоценный Лиан оказался в очень затруднительной ситуации, скажу даже больше, в смертельной опасности! – прошипел сквозь зубы мсье де Куапель, с наслаждением наблюдая, как зрачки девушки расширяются, а лицо становится белее полотна: – Откуда ты узнал, что…
– Мне все известно о тебе, красавица, – злобно оскалившись, ответил жестокий рыцарь. Не успел он одуматься, как молодая женщина с визгом бросилась на него, царапая ногтями лицо: – Животное! Бессердечный зверь! Я убью тебя, мерзавец, если с Лианом что-то случиться! Я собственными руками вырву твое гнилое сердце и брошу на съедение собакам! – Амбруаз, заломив ей руки за спину, насильно посадил на табурет: – Замолчи и внимательно слушай меня: если я пожелаю, и тебя, и никчемного графа, и язычницу, вас всех убьют. Перережут горла и выбросят в Ла-Манш. В твоих же интересах сидеть тихо и молча выполнять мои приказы. Смирись, деточка, отныне твой каждый прожитый день будет приравниваться до моего подарка, – все это было сказано с таким наигранным спокойствием и безмятежностью, что казалось, будто речь шла не о человеческой жизни, а о судьбе бездушной игрушки. Вивиана почувствовала, как по телу у нее пробежался холодок, и все же она была не намерена отступать: – Будь ты проклят и все твои псы! В один прекрасный день я увижу, как ты, захлебываясь пролитой кровью невинных людей, испускаешь свой дух, корчась в страшных муках!
– Не старайся напрасно, моя розочка. Я уже проклят тысячу раз, и как видишь, жив и в добром здравии, – усмехнувшись, Амбруаз покинул шатер своей пленницы, раздавая громкие приказы воинам: – Собирайте палатки! К вечеру отправляемся в путь!
Девушка тяжело опустилась на подушки, прижав колени к подбородку. Она прекрасно понимала, что противостоять жестокому рыцарю не сможет, сил не хватит, но и мириться с участью слабой рабыни тоже не станет. Взгляд Вивианы внезапно упал на блюдце, наполненное фруктами, в которых торчал маленький ножик для разрезки. Взяв изысканно-сделанный кинжал, молодая женщина спрятала его в нижней отделке чеканного пояса, понимая, что такое оружие ей пригодится. Англичанка обреченно вздохнула, слыша суету и громкие разговоры в лагере. Кони набивались тяжелым грузом, воины чистили доспехи и оружие, способное защитить хозяина в пути, но гордая красавица знала, что никуда не поедет. Лучше умереть сразу, среди этих пустынных мест, чем мучатся в догадках и каждый день медленно чахнуть в чужих местах. Она слишком долго была тенью своих родителей, пешкой и марионеткой в руках сильных мира сего. Теперь этой неволи пришел конец. Леди Бломфилд была готова бросить вызов судьбе, пойти наперекор доле и добиться счастья. Больше она никому не позволит самой манипулировать. «Либо свобода, либо смерть», – пронеслось в голове у девушки.
Расправив складки платья и расчесав волосы, молодая женщина села на табурет, устеленный бархатным покрывалом. Вскинув голову, она с замиранием сердца ожидала, когда в шатер войдет вооруженный рыцарь. Прошло пять, минут, десять, двадцать, полчаса, а в лагере все еще слышался голос Амбруаза, дававшего приказания воинам. Внезапно шум стих, а полог палатки откинулся. Одетый в темно-бархатный плащ с золотой отделкой и странным гербом на груди, безжалостный воин превратился в галантного милорда из высшего света. Окинув шатер строгим взглядом, мсье де Куапель остановил свои пристальные, темно-серые глаза на замершей Вивиане. Девушка сидела, не отводя взгляда от напряженного лица злодея, а ее руки судорожно сжимали маленький кинжал. Молодая женщина ждала, когда сможет воспользоваться своим крохотным оружием. Мысли леди Бломфилд лихорадочно путались, подобно паутине, а разум твердил лишь одно: «убей этого негодяя и освободи себя из плена». В тот момент отважная красавица не понимала, что, убив Амбруаза, предводителя огромного войска, она обречет себя на скорую погибель. Воины никогда не простят женщине убийство их предводителя. Да и вряд ли юная девушка с небольшим ножиком в дрожащих руках сможет устранить сильного мужчину, пускай и невооруженного. Но Вивиана продолжала неподвижно сидеть, всем своим существом желая пронзить шею мерзавца острым клинком.
