– Знаешь, раньше я тоже думала, что отношусь к бесцветным, как тень, англичанам. Но судьба рассудила по-своему. В моей душе будто открылись потайные врата, увешанные цветами лотоса и жасмина. Я узнала роковую тайну, которая позволяет тебе пропустить меня в «комнату, благословляемую Шивой».
– Что…что ты имеешь в виду? Уж не индианка ты? – голос девушки зазвенел, как сталь и в глазах засветились огни.
– Считай, что да. Мой дедушка был чистокровным индийцем. Выходит, в моей крови течет отпечаток Индии.
– Но ты поклоняешься Христу. Ах, хорошо. Проходи, только знай: в течение семи дней ты должна покинуть мой дом, – Сарасвати отошла, и я, будто летя на крыльях, в одно мгновение оказалась возле кровати Лиана. Это облик, темный и серый, испугал меня. Казалось, что смерть держит его.
– Лиан…, – я до дрожи сжала его холодные руки и коснулась губами щеки. Слезы окропляли окровавленную повязку Лиана, сердце превратилось в ледяной комок.
Где-то в глубине души, в самых потайных недрах, будто что-то рассыпалось, разлетелось на мелкие кусочки, превратилось в испаряемую пыль… Смысл моей жизни и смерти, все, чем я дорожила, лежало у ног моего любимого. Ради него я была готова тысячи раз умереть, гореть в адском пламени, возродиться, как птица Феникс, стать другой, но знать, что Лиан дышит, что его сердце бьется. Сейчас даже воздух казался мне отравленным, каждый вдох давался с большим трудом. Что-то привлекло мое внимание к алтарю, где, усыпанная цветам, стояла статуэтка бога Шивы. Я, упав на колени, коснулась дрожащими руками гирлянды и почувствовала, как сердце замирает в умиротворении. Казалось, что Его глаза проникают мне в душу, касаются сердца. Опьяняемая болью, я прошептала: – Клянусь, бог Шива, что если Ты заберешь у меня Лиана, я тоже отправлюсь за ним. Жизнь без любимого – страшная мука, и я прекращу ее, выпив смертельный яд. Мое сердце может биться только в унисон с любимым. Без него я стану призрачной оболочкой, – холодная волна будто подхватила меня, унесла…
Черная катафалка, обтянутая бархатом, призрачно двигалась по скалистой земле. Небо, окрашенное в белоснежный цвет, теперь нависало надо мной, казалось, что каждое облако забирает часть моей жизни. Я, ничего не видя и не замечая, шла по тропе за «каретой смерти». Передо мной появились глаза Лиана, глаза, холодные, как лед, глаза, которые больше никогда не оживут…
…Кто-то с силой тряхнул меня за плечи, пробуждая от сна. Я, судорожно хватая губами воздух, расширенными глазами осмотрела комнату. Слава Богу, это был лишь сон, ужасный, страшный кошмар.
Вытирая со лба капли пота, я подняла глаза на Сарасвати, которая, вперев руки в бока, нависала надо мной, как туча из кошмара: – Ты кричала во сне…
– Мне приснились похороны Лиана… Ка он сейчас? – индианка, бесцеремонно подняв меня с пола, оттолкнула в сторону и ледяным голосом сказала:
– Я дала ему настойку для хорошего сна, но от твоих воплей он мог проснуться. Послушай, не нужно никого мучать. Своими слезами ты только мешаешь выздоровлению Шевара. Лучше скажи тому калеке, что уже полдня маячится под моими окнами, чтоб уходил. Как я вижу, у тебя много поклонников… Только жаль, что такая красавица достанется горбатому уродцу.
– Замолчи! – выкрикнула я, чувствуя, как теряю самообладание. Эта подлая индианка расплатится за свои слова: – Не смей лезть в мою жизнь. К тебе принесли Лиана лишь потому, что ты считаешься лучшей целительницей в деревне. Но если бы я знала, что ты, как змея, на каждого выпускаешь свой яд, не позволила бы тебе даже взглянуть на моего любимого. Больше он не нуждается в твоей помощи. Я отвезу его в городскую лекарню, где о его здоровье позаботятся опытные лекари. Держи, это за то, что ты смогла сделать, – я бросила на пол серебряный шиллинг, видя, как черные глаза Сарасвати расширяются от злости. Мне показалось, что дикая индианка сейчас с воплем наброситься на меня, но они лишь хищно улыбнулась:
– Мне не нужны твои грязные деньги, англичанка. Возьми их себе. Возможно, твоя душа будет стоить немного дороже, – с этими словами Сарасвати, звеня браслетами, покинула комнату, оставив меня наедине с пагубными мыслями. Я еще раз бросила взгляд на мертвецки-бледное лицо Лиана, но на этот раз глаза остались сухими, а сердце холодным.
