— Что делать будем, Кирилл?
— Наверное, нам нужно возвращаться? Только как? Даже если мы доберемся до Лондона, то на самолет денег у нас нет. И документов нет, и знакомых нет.
— Да-а-а… Ситуация… В Москве было хуже, но понятнее. Что там Визард говорил: обратиться за помощью к друзьям? А наши новые друзья-гриффиндорцы завтра собираются в Хогсмид. Не пойти ли нам вместе с ними? Вдруг что-нибудь полезное узнаем?
========== Часть 6 ==========
Часть 6
Следующий день с самого раннего утра был наполнен радостной суетой и разговорами учеников. В Большом зале за завтраком отовсюду доносились слова «Зонко», «Сладкое королевство», «сливочное пиво». Кир и Виз сидели с самого края стола и в общих разговорах участия не принимали, но внимательно присматривались и прислушивались. Внезапно оказалось, что в Хогсмид можно пойти, только имея разрешение от родителей или опекунов. И никто: ни декан факультета, ни даже министр магии не имеют право подписать этот документ.
— Надо сходить к Визарду, он же типа наш дед, пусть подпишет бумажку, — решили мальчики, но затея провалилась самым неожиданным образом.
Когда Кирилл и Виз сразу после завтрака подошли к Макгонагалл с просьбой о разрешении на выход в деревню, то профессор вдруг посуровела лицом и велела им быстро идти в Больничное крыло, потому что ночью состояние их дедушки резко ухудшилось и теперь он без сознания. Возможно, он придет в себя, мадам Помфри делает для этого все возможное, и тогда он будет рад видеть внуков рядом.
Мальчишки со всех ног помчались в лазарет.
Двойник профессора Зальцмана лежал в кровати с открытыми глазами, но никого и ничего не видел, его кожа была желтовато-серого цвета, он хрипло и часто дышал.
— Кончается старик, — сказал Виз. — Считай, остались мы с тобой одни. Как же нам выбраться отсюда? Может, с директором поговорить?
— Представь: ты директор, к тебе приперлись трое иностранцев, один из них — тяжелобольной старик, который взял да и помер. Остались двое сирот. Магглы. Дурацкое словечко. И чтобы ты сделал на месте директора? Я думаю, нас отвезут в Лондон и сдадут на попечение властям. Вариант первый — нас поместят в приют. Вариант второй — передадут в российское посольство, а посол отправит нас на родину, и, в лучшем случае, меня заберут родственники, в худшем — детский дом. А что будет с тобой страшно представить.
— Знаешь что, Кир, посиди-ка с дедом, а я схожу в Башню. Если спросят, где второй, скажи в туалет ушел. И еще, сначала говори, что ты Кир, потом, что ты Виз, короче, выкручивайся, тяни время.
— Виз, а что сейчас происходит в Москве, ты их чувствуешь?
— Нет, но мне кажется, что они ждут, когда мы с тобой объявимся. Нам ведь без денег и документов не выжить, нас ищет милиция, и, значит, мы будем вынуждены связаться либо с Визирем, либо с писателем.
***
В Гриффиндорской башне было тихо и пусто, но Виз ощутил, что все же он здесь не один. Шагая по лестнице на цыпочках, он осторожно заглянул в гостиную — там на полу сидел мальчик, его ровесник, и рассматривал какую-то карту. Виз уже успел со многими познакомиться и знал, что этого мальчика зовут Гарри. Утром он слышал, что у Гарри тоже нет разрешения на выход в Хогсмид и вообще, бандит, от которого охраняют замок, охотится как раз за ним. В общем, друг по несчастью.
Умение «уводить словами», усиленное магией замка сработало на отлично. Уже через несколько минут Виз знал все о карте Мародеров, о тайном выходе из замка и о мантии-невидимке.
А еще через несколько минут они вдвоем пробирались по подземному тоннелю в деревню.
***
— Тьма… Тьма… Тьма…
Профессор хрипло дышал, трясущимися руками теребил одеяло и никого не узнавал.
— Бредит, — сказала мадам Помфри. — Я не могу дать ему лекарство, он может захлебнуться.
— Может, тогда укол сделать? — спросил Кирилл.
— Укол? Какой ужас! Мальчик, мы не применяем таких варварских методов лечения. У нас более передовые и щадящие технологии врачевания. Я посадила твоему дедушке на ноги синих пиявок, они отсосут токсины из крови и впрыснут внутрь слюну. А слюна синих пиявок — это мощнейшее обезболивающее средство. Вот видишь, кончики пальцев твоего дедушки, веки, нос и губы уже посинели, это значит, что ему не больно. Мне очень жаль, но пациент поступил в состоянии крайней тяжести. Мы не можем его отправить в больницу Святого Мунго, он ведь не волшебник. В обычную маггловскую больницу тоже не можем отвезти, потому что больной нетранспортабелен. Давно в нашем лазарете не случалось таких печальных событий.
Кирилл всхлипнул.
— Мальчик, а где твой брат?
— Вышел ненадолго. Он скоро придет.
— Хорошо, ты тоже можешь пока уйти, скоро в Большом зале обед. Приходите оба вечером. Может быть, он вас все-таки узнает.
========== Часть 7 ==========
Часть 7
В баре «Три метлы» было шумно и весело. Под потолком медленно вращались тыковки с вырезанными рожицами, порхали летучие мыши, и повсюду гирляндами висела декоративная паутина. Хогсмид отмечал Хэллоуин.