Впрочем, главную причину социальных бедствий нужно искать не в интенсивности жизни, и не во внезапно нахлынувшем кризисе. Утрата духовности губит нас; причем, это болезнь не только России, которая в XX в. подверглась всем ударам по шкале социальных землетрясений, благополучный Запад постигла та же болезнь. Как ни странно, повышение жизненного уровня ведет к падению нравственности. Человек имеет все возможности превратить свою земную жизнь в рай (в его понимании), ему незачем заботиться о своей духовной составляющей. Вначале свобода от всяких моральных норм, полное духовное раскрепощение вызывает восторг. Но вот запретный плод съеден, и далее наступает пустота. Все чаще случаются техногенные и природные катастрофы, а с ними приходит к человеку сегодняшнему неуверенность в дне завтрашнем; хозяин жизни не понимает: для чего он живет, в чем смысл его существования. «Ибо жить ― значит делать что‑то определенное, выполнять задание; и в той мере, в какой мы уклоняемся от этого, мы опустошаем нашу жизнь, ― анализирует изменения в человеке толпы Ортега‑и‑Гассет.― Вскоре люди взвоют, как бесчисленное множество псов, требуя властителя, который налагал бы обязанности и задания».
Так когда будет конец света? Этого не знает никто, и только шарлатаны могут называть реальные цифры. Конец света наступит внезапно ― таков самый точный прогноз. Но у человечества есть выбор: либо его приблизить, либо отодвинуть на неопределенное время. Бог дал человеку широчайшую свободу выбора, и только от человека зависит будущее планеты. А все предполагаемые причины катастрофы можно устранить.
Россию задуматься о будущем обязывает почтенный возраст: со времен крещения Руси прошло 1022 года. Возраст старческий, близкий к критическому. Напомним, что Рим просуществовал 1229 лет: основан в 753 г. до н. э. ― в 476 г. н. э. был свергнут последний император; Византия продержалась 1058 лет: с 395 г. по 1453 г.
Византии было дело до всего, даже самый маленький и далекий народ удостаивался ее внимания. В XXI в. Россия, кажется, проснулась и по примеру далекой матери стремится везде обозначить свое присутствие. Она отнимает одну позицию за другой у мирового диктатора ― США. В воздухе витают планы уничтожения всем надоевшего доллара; проекты перехода на национальные валюты, казалось бы, вот‑вот осуществятся. Крепнут связи с поднимающимися гигантами: Китаем, Индией, Бразилией. Но вот рубль укрепился и стабилизировался, и можно прекратить кусать доллар (оказывается, его никто и не собирался пока сваливать). Америка стала покладистее, теперь можно и с ней пообщаться: российский президент с аппетитом поедает гамбургеры с первым чернокожим Президентом США. Это по‑византийски!!! Не пытаться наживать врагов, и уживаться со всеми!
Стали интереснее новостные программы: Россия перестала плыть по течению и теперь с любопытством смотрит по сторонам. Страна защищает свои геополитические интересы (и довольно успешно) на пространстве от Северного полюса до Южного; более того, Россия не удовлетворяется сиюминутной выгодой, а заботится о далекой перспективе.
Сегодня мир потихоньку выбирается из финансового кризиса. Заработали на полную мощь фабрики и заводы, институты и лаборатории изощряются в изобретениях, которые способны удивить, восхитить потребителя с возрастающей покупательской способностью. Красочная реклама направит в нужное русло интересы добропорядочных обывателей. Ее механизмы тоже совершенствуются, лишь человек никак не растет вместе с техническим прогрессом. Более того, сегодня мы наблюдаем поразительное оболванивание личности. Нынешний человек появляется на свет, чтобы заработать денег, купить требуемое количество материальных благ, (если повезет) насладиться жизнью и уйти в никуда.
Несколько десятков лет назад мы удивлялись, как американские школьники могут не знать: кто и с кем воевал во Вторую мировую войну; некоторые столицей своей страны вместо Вашингтона называли Нью‑Йорк. Увы! Сегодня познаниями начинают удивлять школьники республик, появившихся на развалинах Советского Союза. Хуже всего то, что узость интересов человека нынешнего стало нормой, и вся жизнь построена так, чтобы человек не имел ни желания, ни возможности развиваться.