— Так я и знал, что забыл. Ты же обещал нам с Олегом, что дашь шмальнуть несколько раз из твоей пушки. Она у тебя цела? Вот сегодня в выходной и пошли бы в овраги...
Сергей смущенно полез рукой в затылок.
— Понимаешь, Толик, сегодня не выйдет...
— Зажал, значит, — констатировал Толик.
— Да ты что! — вскинулся Сергей. — За кого ты меня принимаешь? Просто нет у меня ее сейчас.
— Куда ж ты ее сплавил?
— Дал тут одному на время.
— Так я и поверил, — насмешливо протянул Толик.
— Не веришь? — оскорбился Сергей. — Ну ладно. Слушай, тогда все расскажу.
— Ты завтракал? — перебил его Толик. — А то пойдем со мной.
— Спасибо, — коротко ответил Сергей, — сыт. А ты ешь.
Они прошли на кухню. Толик уселся за стол, а Сергей, прислонившись к двери, стал рассказывать:
— Помнишь, я тебе рассказывал про «контору»?
Толик кивнул. Действительно, Сергей еще весной рассказывал ему про эти «конторы», что нисколько его не насторожило. Ну подумаешь, собираются ребята вечерами в подвале — а где же им еще собираться? В подворотнях? Или в квартире? Так родители не разрешают, дескать, натопчут, наследят. Заведут парни свои маги — взрослые чуть не на стену лезут. А в подвале — красота! Крути, что хочешь! Хоть «Битлсов», хоть «Аббу», хоть буги-вуги, хоть рок.
Участковый милиционер как-то приходил в подвал, посмотрел, послушал, ничего подозрительного не обнаружил, пригрозил на всякий случай, чтобы не было чего такого, и ушел.
Ну втихаря разопьют там бутылочку-другую, в картишки перекинутся, не по крупной, а так, по мелочи. Рассказывал Сергей и о вражде и драках между разными «конторами», но и это не обеспокоило Толика. На его памяти и без «контор» вечно происходили стычки между группами, объединявшимися по месту жительства. Заовражные вечно враждовали с теми, кто жил наверху, ребята из Гнилого угла в одиночку не осмеливались показываться на Старом базаре, а если какая нужда и заставляла их идти туда, то чаще всего они возвращались с синяками и шишками. Само собой, что и старобазарников ждало то же самое, когда они появлялись наверху или в районе Гнилого угла.
Но чаще всего такие стычки между разными группами возникали в парке, на танцах, на различных вечерах и дискотеках, в школах или в клубе.
Толика эти междоусобицы не касались. По неписаным мальчишеским законам футболисты пользовались правом «экстерриториальности». Да иначе и не могло быть. Ведь в одной команде играли рядом ребята и со Старого базара, и из Пишли, и из Гнилого угла, так что любая внутренняя вражда обязательно сказалась бы плачевно на результатах игры.
— Ну вот, — продолжал рассказывать Сергей. — Перешел я жить на Старый базар к тете Лене, меня однажды из их «конторы» и прищучили, дескать, раз теперь тут, то из той «конторы» выходи. Я было сунулся, а они отступного заломили... ой, ой! А где такие деньги взять? Мне и те и эти грозят, мол, худо будет. Одни предателем считают, другие отпускать не хотят. Что делать? А тут подвернулся один кореш, он и у тех и у других в авторитетах ходит. Потолковал он с ними, ну они и отстали.
— И кто же этот «авторитет»? — дожевывая кусок булки, спросил Толи к.
— Да ты его знаешь, он когда-то в нашей школе учился. Петух его кличка.
— Петька Трофимов? — насторожился Толик.
— Ага.
— Ты бы лучше с ним не вязался.
— А я и не вяжусь. Только прослышал он от кого-то про «пушку» и попросил на несколько дней.
«Прослышал от кого-то! — подумал Толик. — Сам, поди, и нахвастался».
— Ну, сам понимаешь, — продолжал Сергей, — не мог я ему отказать, после того, как он за меня заступился. Да ты не беспокойся, я на неделе обязательно его найду и заберу. Так что в следующее воскресенье обязательно пошмаляем. Лады?
— Лады, — ответил Толик, раздумывая, сказать или не сказать Сергею о предполагаемой поездке на Мокшу, но потом решил, что ни к чему, он все равно не поедет. — Ты на футбол сегодня придешь?
— А как же!
— Да, Серега, чуть не забыл. Я разговаривал тут насчет Димки. Обещали мне устроить его в лагерь «Сын полка» на лето. Ты как, не против?
— Так это, значит, ты? — расцвел Сергей. — Ну спасибо тебе. Димец уже прибегал ко мне, хвастался. Рад по самые уши. В среду отправка, а он уже уложил рюкзак. Хоть немного отдохнет от этого…
Он помолчал, а потом негромко душевно добавил:
— Спасибо тебе, дружище!
Рабочая неделя пролетела для Толика очень быстро, так, что он почти и не заметил. Вроде только вчера был понедельник, а уже пятница наступила.
— Так ты на Мокшу-то поедешь? — несколько раз спрашивал его Олег.
— Поеду.
— А не обманешь?
— Сказал же!
— Ну смотри. Ждем у электрички.
