Возле въезда в Иерусалим царя и посланника легата[13]Неаполитана встретила толпа. Впереди шли рыдающие жены убитых. Народ просил царя оградить их от бесчинств Флора. Легату Неаполитану люди жаловались на зверства прокуратора. Неаполитан обошел весь город, и увидел, что народ настроен мирно по отношению к римлянам, и только Флора здесь ненавидят. Определив «состояние умов», он срочно отправился к Цестию.
Теперь народная толпа обратилась к царю и первосвященникам с требованием отправить к Нерону посольство для обжалования Флора, дабы их молчание о таком страшном кровопролитии не навлекло еще на них же подозрения в их отпадении.
Агриппа созвал народ на площадь Ксист перед дворцом Хасмонеев. Рядом с ним стояла прекрасная Береника, он нашел ей такое место, чтобы каждый смог её увидеть. Ибо он знал, как иудеи любят его прекрасную сестру. И не только за красоту почитали царицу, но и за ее преданность своему народу.
И вот что сказал царь[14]:
– Пусть никто не перебивает меня, если он услышит что-нибудь такое, что ему не понравится.
Допустим даже, что римские чиновники невыносимо жестоки? Но вас же не притесняют все римляне, и не притесняет вас император, против которого вы собираетесь начать войну.
Тогда нужно было напрягать все усилия, чтобы не впустить римлян, – когда Помпей впервые вступил в страну. Но и ваши предки, и их цари, – которые далеко превосходили вас и деньгами, и силами, и мужеством, все-таки не могли устоять против незначительной части римского войска!
Разве не нелепо из-за одного человека (Флора) бороться со многими и из-за ничтожных причин – воевать с такой великой державой, которая вдобавок не знает о наших претензиях.
Посмотрите, ведь даже афиняне, которые однажды, борясь за свободу эллинов, сами предали свой город огню, которые высокомерного Ксеркса, ехавшего на суше в кораблях и пешком перешагивавшего моря – этого Ксеркса они, как беглеца, преследовали на челноке – и у маленького Саламина сломили ту великую азиатскую державу! А афиняне теперь – подданные римлян.
А вы кто? Вы богаче галлов? храбрее германцев? умнее эллинов и многочисленнее всех народов на земле? Что вам внушает самоуверенность? Македоняне, которые все еще бредят Филиппом и видят его вместе с Александром, – и те мирятся с превратностью судьбы и почитают тех, которым счастье теперь улыбается. И бесчисленные другие народности смиряются; одни только вы считаете стыдом быть подвластными тому, у ног которого лежит весь мир.
Какое войско, какое оружие вселяет в вас такую уверенность? Где ваш флот, который должен занять римские моря? Где те сокровища, которыми вы должны поддержать ваше предприятие? Не воображаете ли вы, что подымаете оружие против каких-нибудь египтян или арабов? Не знаете ли вы разве, что значит римское государство? Разве можно восстать против римлян?!
Мощь римлян на всей обитаемой земле – непобедима.
Покоренные народы терпят свою зависимость от Рима не из трусости или по врожденному им рабскому чувству – а потому, что рядом с могуществом Рима их страшит и его СЧАСТЬЕ, которому Рим обязан больше, чем своему оружию.
Кто из вас еще не слышал о многочисленной нации германцев? Их телесную силу и гигантский рост вы уже часто имели случай наблюдать, так как римляне повсюду имеют пленников из этой нации. Германцы обитают в огромных странах; высота их роста – их гордость; они обладают презирающим смерть мужеством, а нравом своим они свирепее самых диких зверей. И ныне, однако, Рейн составляет предел их наступлениям; покоренные восемью легионами римлян, их пленники были обращены в рабство, а народные массы ищут спасения в бегстве.
Взгляните на стены британцев, возлагающих надежды на стены Иерусалима! Они защищены океаном и населяют остров, не меньший нашей страны: римляне приплыли к ним и покорили их; четыре легиона охраняют весь этот большой остров. Нужно ли еще больше примеров?
Всё, всё бессильно против счастья римлян.
Оглянитесь вокруг, и вы увидите, как даже знать Востока, желая показаться миролюбивой, исполняет рабскую службу.
А вы? Вспомните о запрете субботы. Если вы захотите строго блюсти запреты субботы и не дадите себя склонять ни на какую работу в этот день, то вы в таком случае будете легко одолены, подобно тому, как пали ваши предки перед Птолемеем, пользовавшимся – главным образом – этими днями. Если же, наоборот, вы во время войны сами будете нарушать отцовские законы, то я не понимаю, из-за чего вам еще воевать. Это же единственная цель вашего рвения – оставить за собою неприкосновенность отцовских законов. Но как вы можете взывать к помощи Бога, если вы преднамеренно грешите против него?
После этих слов царь и его сестра заплакали, и их слезы подавили самые бурные порывы народных страстей. Присутствовавшие воскликнули: «Мы желаем бороться не с римлянами, но со своим притеснителем Флором!»