Гордеев поднялся, огляделся, на самом выходе заметил, как промелькнула футболка вора, кинулся следом за ним. Налетел на сгрудившихся и ничего не понимающих зевак, увидел спешащую к выходу пострадавшую женщину. Схватил ее.
— Не уходите. Я его догоню.
— Не трогай меня, паразит! — испуганно вертанулась женщина.
— Вы свидетель. Потерпевшая.
— Все вы тут одной масти! — Женщина попыталась снова вырваться. — Чего нужно?
— Ждите!.. Полицию ждите!
— Пошел ты со своей полицией! — Она отцепилась от него, кинулась к выходу.
Артур попытался догнать ее, но какой-то здоровяк легко подшиб его, повалил на пол. Сам лег сверху.
— Оп-па! — и заорал. — Полиция!
— Ты чего делаешь?
— Полиция! Вора поймали!
— Какой я вор?.. Вор убежал!
— Менты разберутся.
Два подбежавших моложавых полицейских профессионально подцепили Гордеева под руки, поставили на ноги.
— В чем дело?
— Вот женщину ограбил! — объяснил здоровяк, отряхивая колени. — Пришлось вмешаться.
— Чего несешь? Не грабил я!.. За вором бежал!
— Гражданин, не сопротивляться. Сейчас все выясним.
— Да не вор я!
— Спокойно! — Старший полицейский махнул здоровяку: — Будете свидетелем.
— Не, вы чего, парни!.. У меня поезд через пять минут. Просто помог женщине!
— Ладно, без него разберемся, — сказал младший полицейский чин и крепко взял Артура за локоть. — Пройдемте, гражданин.
— Да не воровал я!.. Другой человек воровал!
— Разберемся, сказал.
Полицейские потащили Гордеева в глубь огромного гулкого помещения, он оглядывался, взывал к толпе зевак:
— Граждане! Я ж за вором бежал!.. Скажите им!.. Чего они. Где та гражданка, у которой украли?
Глазеющий народ с интересом таращился на него, кто-то довольно громко комментировал:
— Вора поймали.
— Здоровый бугай.
— Судить таких нужно!
— Сейчас менты разберутся.
Дежурная комната полиции была небольшая, скудно обставленная, с вытертыми линялыми обоями.
Старший из полицейских старательно что-то заполнял в протоколе, заглядывая в паспорт Артура. Второй расположился напротив задержанного, смотрел недовольно и сурово.
— Сидели, значит? — спросил наконец старший.
— Было дело, — как можно спокойнее ответил Гордеев.
— За что?
— За драку.
— И, наверное, за воровство?
— Такого не было, но потом пришили.
— Так и пришили?
— Говорю как на духу. Воровать вообще не мое.
Полицейские переглянулись.
— Хороший клиент, — усмехнулся младший.
— Поймите, люди, — попытался объяснить Артур. — Я не воровал! Сам увидел, как мужичок лезет в сумку, вот и бросился.
— Мужичок — ваш сообщник?
— Да вы чего?!. Вор. Я же этот народ знаю! Наблюдал в колонии. Знаю повадки.
— Допустим, — согласился старший. — Чем занимались на вокзале?
— Хотел купить билет во Владимир. Не хватило денег.
— Во Владимире у вас кто?
— Никого. Приехал сюда на заработки, теперь тапки в обратную сторону.
— Темная история, — снова хмыкнул младший. — Нужно вызвать наряд, пусть в отделении разбираются.
— Парни, вы чего? Какое отделение? Только освободился и опять на нары?
— А что с тобой еще делать?
— Отпустите. Клянусь, я завязал. Поступил как честный бамбук и вот попался. Не ломайте судьбу, парни. У меня даже бабок нет, чтоб доехать до дома. — Артур полез в карман, выгреб деньги. — Глядите, билет три семьсот, а у меня три двести.
— Дай сюда, — протянул руку младший.
— Зачем?
— Пересчитаю.
Артур отдал полицейскому деньги, тот пересчитал, взглянул на коллегу.
— Маловато.
— Больше нет, что ли? — не поверил старший.
— Ни копья! — мотнул головой Артур.
— Обыщи. Вдруг заныкал.
Младший заставил Артура подняться, умело прошелся по одежде, развел руками.
— Вроде пустой, — вдруг нащупал что-то в кармане, вынул старый мобильник. — Во, мобила. Рухлядь, правда.
— Покажь. — Старший повертел телефон в руках, кивнул задержанному: — Ваш?
— Ну, мой… Почти не пользуюсь.
— Вы не пользуетесь, а кто-то с большим удовольствием. — Полицейский положил телефон в ящик стола, повертел в раздумье паспорт, бросил владельцу: — Ладно, скачи. Только чтоб в следующий раз объяснил корешам, что воровать грех. Тем более у женщин.
Артур на лету поймал документ, растерянно и виновато поклонился:
— Благодарю.
Когда был уже на пороге, услышал окрик старшего полицейского.
— Минуту!
Остановился, оцепенел.
— Забери бабки, — смилостивился полицейский. — Может, доберешься до своего Владимира. Например, автобусом. А то на вокзале опять тормознут.
— Каким автобусом?
— Попутным.
Гордеев неуверенно вернулся, взял купюры, снова поклонился.
— За щедрость тоже благодарю, — и вывалился за дверь.
Антонина не кричала, а хриплым, севшим голосом умоляла. Стояла у окна, смотрела, как во дворе поливал газон муж, прикрывала трубку ладонью.
— Светочка, родная. Ну, как ты могла?.. Зачем?.. Он же один? Без жилья, без денег, без знакомых. Что с ним? Где он теперь? Прошу, заклинаю. Поспрашивай, поищи. А если объявится, не гони. Пусть дождется. Я брошу все и приеду. Лучше, уже лучше. Это уже не имеет значения. Главное, найти его.
Совсем к вечеру рейсовый автобус притормозил напротив «Бим-Бома», выпустил нескольких пассажиров, среди которых был и Гордеев. Он был осунувшийся, мятый, жеваный, с небольшим кровавым подтеком под глазом.
