– Пол был идиотом, хотя да, мог иногда быть милым, но он никогда не собирался устроить тебе такую жизнь, какую ты бы хотела, потому что у него на первом месте стояли его собственные планы. А этот Гастон, судя по тому, что ты мне рассказывала, вообще отстой. Как и Пол, он держал тебя при себе, пока ему было удобно, но когда тебе показалось, что между вами наметилось что-то более серьезное, он дал тебе понять, что это не так. Поверь мне, пусть он лучше будет с этой моделью и ее дружком, а ты держись от него подальше.
– Но я любила его. – Я поняла, с каким отчаяньем я произнесла эти слова, но сочетание вина и разбитого сердца было слишком невыносимым.
– Не обманывай себя, Элла. Ты любила
– Так это я во всем виновата? – перебила я ее, обидевшись.
– Конечно, это не твоя вина, но ты выбираешь себе мудаков и никак не можешь остановиться. Немедленно перестань. И больше никогда не встречайся с другими Полами или Гастонами. Да, разрывы будут у тебя и в будущем, но лучше, если они произойдут из-за вашей несовместимости, а не потому, что твой бойфренд положит глаз на другую женщину. Ты должна больше ценить себя и, черт побери, дать ясно всем понять: ты знаешь, что делаешь.
– Я никогда не встречу любовь, – рыдала я.
– Встретишь, вот увидишь. – Она снова включила доброго копа. – Тебе просто нужно найти более надежного мужчину, хотя, может, и не очень стильного.
– Но я думала, что Гастон как раз такой.
– Почему?
– Потому что он такой красивый и еще француз, – завыла я.
– Элла… – сказала Билли усталым голосом. – А что с тем мужиком из сырной лавки? Как там его? Серж? Он показался мне приятным.
– Мы целовались, – пропищала я. Мне даже не верилось, что я забыла рассказать ей про катастрофический ужин с Сержем. Слишком много другого тогда произошло.
– Вот видишь, – проговорила она с надеждой.
– Но все-таки он не мой типаж, – торопливо добавила я.
– Почему не твой? Потому что ты считаешь его простоватым? Недостаточно интеллектуальным? Ты считаешь его просто другом, потому что он добрый и ему небезразлично то, что важно для тебя? Ты понимаешь, что я говорю?
– Вроде да, но меня сейчас стошнит, – пробормотала я и бросилась в ванную, оставив Билли висеть на линии. Выхлестнув из своих недр пару бутылок вина и взглянув на свою жалкую физиономию в зеркале, я вернулась в постель.
На следующее утро у меня в памяти всплыли фрагменты моей пьяной беседы с Билли, когда я увидела ее сообщение. Я прочитала его, нервничая.
Я собрала все, что помнила из речей Билли. Что-то о том, что я встречаюсь не с теми мужиками и что-то про Сержа.
Хотя мне было нелегко это признать, особенно с похмелья, но она была права. Я в самом деле всегда предпочитала идиотов. И меня определенно увлекла магия романа с французом, тем более с таким красавцем, как Гастон. Я решила, что нашла идеального бойфренда, и игнорировала предостерегающие сигналы, что он держался отчужденно и флиртовал с другими женщинами. Я написала Билли ответ, извинилась за мой пьяный бред и дала понять, что я оценила ее совет.
Почти всю следующую неделю я бродила по улицам Парижа. Мне было плевать на нешуточный холод и на мой постоянно немевший нос; я чувствовала себя лучше только во время ходьбы. Когда я не работала, я ходила вдоль Сены от Берси до Эйфелевой башни и пыталась понять, когда, в какой момент у меня все так осложнилось.
Я обошла весь Ботанический сад, размышляя, как мой парижский год, нацеленный на
Всего несколько недель назад я летала в небесах и наслаждалась моей парижской жизнью, и вот теперь я думала только о мужском коварстве. «
Однажды, пересекая площадь Тампль, я заметила знакомый силуэт. Это был Серж.
Он стоял один у маленького пруда, и я видела, как он отщипывал кусочки от багета и бросал уткам. Я понимала, что мне надо подойти, поздороваться и извиниться за то, что сбежала в тот вечер. Мне отчаянно не хватало его советов и его сыра из лавки. Мне не хватало наших разговоров обо всем на свете.
