Колесо набирало скорость и вот уже фигура, распластавшаяся на нем, и символы, ненанесенные по краю, стали неразличимы и слились в одно большое пестрое пятно.
Колесо резво крутилось само и мы, тяжело дыша, отступили. Егор обнял меня, а я уткнулась носом ему в плечо. Меня колотил сильный озноб.
– Егор, что теперь будет?
– Я не знаю…
Сколько прошло времени? Сложно сказать. Всё будто застыло, остановилось. Происходящее вокруг нас… этот участок леса… открытая между мирами дверь и крутящееся колесо года… будто выпадали из реальности.
Но вот колесо замедлилось и, сделав несколько натужных оборотов, остановилось.
По центру навзничь, раскинув руки в стороны, лежала старуха. Лицо ее было белым как мел, глаза открыты и смотрят в небо. На нее лил дождь, полностью заливал лицо, но женщина даже не моргала… Умерла?
Дернулись пальцы на руке. Старуха застонала и повернулась набок. Ее душили рвотные позывы, она кашляла, тяжело и сипло дышала.
Мы смотрели, не в силах пошевелиться и что-то предпринять.
Старуха, наконец, собралась с силами и села. Она удивленно огляделась вокруг. Подняла и принялась рассматривать свои руки, с таким выражением лица, будто видела их впервые.
Подняла глаза на нас и уставилась с не меньшим удивлением.
– Вы кто? – спросила она хриплым, каркающим голосом.
Ее глаза и голос показались мне смутно знакомыми. Такое бывает, когда смотришь на человека и думаешь, что видел его когда-то, но не можешь вспомнить где…
– Лесана? – неуверенно спросила я, первое что пришло в голову.
Старуха дернулась, открыла рот, чтобы ответить, но внезапно передумала и не проронила ни звука… Она ощупала мокрую одежду, лицо, убрала липнувшие к щекам седые космы. Дождь смывал с нее кровь, свою и Кубину, оставляя красные, будто проведенные толстым фломастером порезы на коже…
Женщина слезла с колеса, еще раз оглянулась по сторонам и пошла в лес.
– Эй, ты куда? – крикнул ей вслед Егор.
Мы были поражены произошедшей с ней переменой. Было ощущение, что на колесо легла одна женщина, а встала совсем другая, хотя внешне они были точной копией друг друга.
– На хутор к себе, куда же еще… – бросила нам ведьма не оборачиваясь.
На поляну выбежали люди. Куба в окружении своей стаи. Они тяжело дышали. Вероятно бежали, боясь не успеть, но увидели совсем не то, что ожидали. Куба подскочил к нам, принялся ощупывать и оглядывать. Удостоверившись, что мы не ранены и не подвергаемся никакой опасности, уставился на удаляющуюся в лес спину ведьмы.
– Что тут произошло?
– Пошли домой, Куба, в лесу холодно и мокро… – со вздохом облегчения ответил ему Егор.
А я точно знала, что сделаю сразу же, вернувшись к ним в дом. Достану из-под порога полуистлевший сверток приворота и сожгу…
Супермаркет переливался огнями, как большая сверкающая ёлочная игрушка. Люди, вооружившись тележками, беспорядочно шныряли между стеллажами с продуктами, а потом гуськом выстраивались друг за другом в очередь к кассам.
Я влилась в этот поток и стала его частью.
Шопинг никогда не был моим любимым занятием, а уж закупка продуктов к празднику – и подавно. Но я смирилась и пыталась даже получать удовольствие. Все бы ничего, но беспорядочному броуновскому движению покупателей супермаркета мешали стоявшие, как вкопанные мужчины, вглядывающиеся в список продуктов через запотевшие очки.
Список был и у меня, но я пока из кармана его не доставала, помнила наизусть. Из невидимых динамиков доносились приятные рождественские мелодии. Люди вокруг улыбались и складывали в корзины бесконечные сетки с мандаринами и жестяные банки с маринованным горошком.
Обычная предпраздничная суета. Все, кто не успел закупиться продуктами предварительно и кому не повезло встретить Новогоднюю ночь в ресторане или в гостях, вечером обязательно встречались друг с другом в супермаркетах. И таких людей почему-то всегда было много.
Ладно я, у меня уважительная причина, коллега заболела, и последние дни мне приходилось работать за себя, за нее, еще и за того парня…
Егор настоятельно уверял, что ничего готовить не нужно, что мы можем заказать еду в ресторане, что он привезет с собой все что нужно уже порезанное и разложенное по блюдам, что есть вариант даже нанять выездного повара, который привезет продукты и все сам приготовит на моей кухне, еще и стол сервирует на сколько угодно персон (появилась с некоторых пор в городе такая услуга). Но я была непреклонна. Это наш первый Новый год вместе и я хотела встретить его по всем традициям, намертво уложенных в моей голове с самого детства.
Хотела нарезать оливье под «Ивана Васильевича…», собственноручно намазывать масло на бутерброды под икру, приготовить селедку под шубой, по рецепту чуть отличающуюся от классического, как научила меня мама. Даже хотела заливное сделать со щукой, чтобы кто-нибудь обязательно пошутил за новогодним столом: «Какая гадость эта ваша заливная рыба». Но здравый смысл настоятельно велел мне, не маяться дурью и провел меня мимо щуки не останавливаясь.