Пока ее молодой коллега отбирал материал и монтировал, Наташа стояла у него над душой и подсказывала пошагово, как и что нужно делать. В отличие от Димы, Саша на это не сердился и легко допускал вторжение в свою «авторскую манеру». Действительно, ему-то чего? Клиент платит – пусть выпендривается как хочет. Но Наташа-то знала, что она не просто «выпендривается»! Она уже хорошо представляла, что и как нужно делать, а отработанные до автоматизма приемы существенно ускоряли процесс.
В итоге за неделю почти круглосуточного труда они ухитрились подготовить десять роликов. Катя уже ждала наготове: едва увидев в сети новый блог, вновь подключила всех, кого можно, чтобы те подписались. Да и Наташа, отбросив ложную гордость, написала рекламодателям и партнерам, с которыми работала раньше. Так, мол, и так, у меня новый проект… Милости просим.
Для продвижения канала она обратилась было по старой памяти к Анечке – вдруг кого-нибудь посоветует из своих учеников, – но тут не сложилось. Затея с онлайн-школой не выгорела, желающих обучаться чему-то у двадцатилетней барышни с опытом работы в несколько месяцев не нашлось (кто бы мог подумать!), Анечка огорчилась, с горя переквалифицировалась в тренеры по аэростретчингу и теперь даже слышать не хотела ни о каком SMM. Выразив сочувствие, Наташа опять заглянула на сайты по поиску работы и быстро нашла другое юное дарование – чуть постарше, с нужным опытом и приемлемыми запросами в смысле условий и оплаты.
Первый лихорадочный месяц принес в копилку скромных двести подписчиков. Наташа отлично помнила, как начинала в первый раз, и не отчаивалась. Продолжая ежедневно работать, параллельно зорко следила, как обстоят дела в ее старом проекте. И даже иронизировала: как, оказывается, легко теперь стало подглядывать в замочную скважину! И никто тебя не застукает, не станет стыдить. Знай себе открывай страницы и блоги – и пожалуйста: чужая жизнь прямо как на ладони. Сначала – Арины и бывшего мужа, их новой семьи. Теперь – собственной дочери, завладевшей Наташиным кулинарным проектом.
С тех пор как Ленка прибрала к рукам мамин канал, прошло уже больше двух месяцев. Несмотря на обиду, общаться с дочерью Наташа не перестала, хоть и делала это теперь довольно прохладно, но постоянно напоминала себе, что бизнес – это всего лишь бизнес, а дочь у нее одна. Ленка же так и вовсе вела себя как ни в чем не бывало. Похоже, она действительно считала, что не сделала ничего плохого, даже наоборот – она оказывает услугу маме, поднимая рейтинг влога до небес.
Вот только с небесами пока не очень-то задалось…
Созваниваясь и переписываясь с дочкой, Наташа принципиально не спрашивала о делах проекта – ей и так все было отлично видно в сети. Перво-наперво Ленка переименовала ее бывший канал в «Рецепты моей бабули», а также наняла профессиональную повариху. По «чистой случайности» та внешне сильно напоминала Наташу. Как-то ухитрившись снять студию (Наташа предполагала, что все же на папины деньги), Лена заказала роскошные декорации, имитирующие классическую итальянскую кухню, на Наташин вкус – так даже слишком классическую: темного дерева, с колоннами и позолотой. Поначалу Наташа никак не могла взять в толк, как молодой женщине взбрело в голову выбрать такое старье, но быстро разобралась: как выяснилось, дочь решила принципиально сменить всю концепцию блога. С Наташиного «вкусно готовить может любой, это увлекательно и совсем не обязательно дорого» Лена перенесла акценты на имперскую великосветскую тематику, рассчитанную только на обеспеченных. Ну как же! Она ведь жила в Санкт-Петербурге, бывшей столице Российской империи! Слушая, как дочь в кадре разглагольствует о роскоши былых времен, порхая вокруг молча стучащей ножом поварихи, Наташа только головой качала. В Ленкиной интерпретации «бабулиными рецептами» стали стерлядь в шампанском, консоме из фазанов, черепаховый суп и заливное из рябчиков – все то, чего в тетрадях Людмилы Михайловны отродясь не водилось. Но зато идеально попадало в Ленкину картину мира, с которой та прочно сроднилась благодаря своей новой-старой квартире на Репина, ремонт в которой Лена, увлекшись влогом, снова забросила, так и не завершив. Теперь у нее в голове были не лепнина, узорный паркет и печные изразцы, а балы, рауты, званые обеды, ретровеликосветский шик и прочий хруст французской булки. Во время разговоров с дочерью по телефону Наташе порой казалось, что в голосе у нее вдруг начал звучать некий неуловимый галльский прононс – Ленка словно бы вечно была немного простужена, еле заметно грассировала, тянула слова. И вообще всячески делала вид, что она вся – не отсюда, не из этой пошлой эпохи. Поняв, что дочь не на шутку заигралась «в аристократию», Наташа только посмеивалась, до того это было несовременно и глупо. И ладно бы в девяностые, когда вся новоявленная русская «элита» кинулась искать у себя в роду следы Нарышкиных и Юсуповых. Но сейчас-то зачем?
