Вкуси меня медленно полностью

Ага, конечно. Ли'Ес поймала папку и боязливо открыла её, однако смотреть внутрь не стала, не отводя глаз от Эстапа. Он объяснит: ему нравился звук собственного голоса.

— Так как иного очаровывает любовь, а агента из А.У.Ч. мы привлечём только при крайней необходимости… — внезапно, Ли'Ес поняла, что никто из них не произносил имя Джексона вслух, называя агентом… — ты подойдёшь к нему, как будто не смогла выкинуть из головы. Скажешь ему, что любишь и хочешь быть с ним.

Как будто это прокатит. Идиот.

— Сэр, думаю, Шонов привлекают только женщины, способные к зачатию. Я никогда не буду одной из них.

Эстап указал на бумаги на её коленях.

— Посмотри.

Её взгляд машинально опустился, глаза расширились, когда она изучила содержимое папки. Медицинская документация, фотографии.

— Вирусом был заражён мужчина?

— Ага. Думаю, у него-то уж точно не было овуляции.

У мужчины, о котором шла речь, была серого оттенка кожа с чёрными пятнами.

«Гниль, — поняла она, — его тело медленно умирало». Глаза были впалыми, а светлые волосы клочками выпадали.

Вероятно, когда-то он был сильным человеком.

У него были широкие кости, способные удерживать большую мышечную массу. Теперь же мужчина выглядел исхудалым.

Тридцать шесть лет. Женат. Двое детей, одному девять лет, другому пять.

— Где он сейчас? — спросила она.

— Он в изолированном корпусе лаборатории К.Партона.

Ли'Ес только что вернулась оттуда.

— Жив или мёртв?

— Жив.

— Известно, был ли у него контакт с Шоном или одной из заражённых?

— Нет. Не удалось найти связей в обоих случаях, как не удалось и добиться ответов от мужчины. — В его тоне был гнев. Сенатор не привык к провалу.

Почему ему так нужна была эта информация? На жизни людей Эстапу точно было плевать. Его интересовали только три вещи: деньги, власть и контроль. Что он планировал делать с Шонами?

— Вы рассматривали вариант позволить агенту из А.У.Ч. поговорить с ним? В его досье хвалится способность добиваться ответов.

— Да, этот вариант мы рассматривали, — был ответ.

Это ни о чём не говорило, но давить Ли'Ес не стала.

— Нужно опросить всех людей, с которыми мужчина контактировал. Возможно, один из них как-то передал ему вирус.

— Он гей. Однако, как я уже говорил, связать его с Шоном и жертвами не удалось. Это не означает, что он не мог от них заразиться, просто другие варианты исключать тоже нельзя.

Она поразмышляла над этим.

— Ладно. Есть шанс, что он спал с одним из Шонов, таким образом заразившись. Тогда дело не в способности к зачатию. Это вовсе не означает, что я понравлюсь Нолану или он меня захочет.

— Верно. Однако, так как Нолан выразил раскаяние в смертях женщин, мы полагаем, что, если ты скажешь ему, что он может трахнуть тебя, не убивая, это склонит его к тому, чтобы согласиться.

Её желудок сжался. Нет. Нет! «Не говори ничего».

— В этом заключается моя миссия, или ты хочешь, чтобы я его привела?

Эстап пожал плечами.

— Твоя конечная цель — обнаружить местоположение так называемого братства. Любыми способами. Если найдёшь их, то убей как можно больше. Если не найдёшь, то приведи Нолана.

По спине Ли'Ес заструился пот.

— Это может оказаться невозможным. Иной может исчезать, когда захочет.

— Что касается этого, — Эстап ввёл код на левой стороне стола и открылся верхний ящик справа. Сенатор достал толстое, матовое ожерелье. Звенья казались жёсткими и несгибаемыми, без промежутков. — Должно помочь.

Эстап протянул руку, и Ли'Ес взяла ожерелье. Тяжёлое, несгибаемое, как она и предполагала. Тёплое.

— Откуда это у тебя?

— У меня есть связи. Даже у А.У.Ч. нет такого, оно всё ещё в стадии разработки.

Что тогда, чёрт побери, находилось внутри?

— Мне нужно это надеть?

— Нет. Ты должна надеть это на Нолана. Мы надеемся, что электромагнитные импульсы металла лишат его способности к дематериализации.

А… Ли'Ес понимающе кивнула, положив ожерелье на папку.

Иногда, единственным способом отвлечь и расслабить мужчину, или даже приблизиться к нему, означало раздеться. Чего и хотел Эстап.

Если она переспит с другим, то навсегда потеряет Джексона.

«Ты уже его потеряла».

Логически она это понимала. Однако надежда была глупым чувством, как Ли'Ес и знала, и ей не хотелось совсем отказываться от мечты, что, возможно, когда-нибудь, они с Джексоном смогли бы быть вместе. Были бы вместе.

Надежда приводит к разочарованию, но другой причины вставать по утрам всё равно не было.

— В каких временных рамках я действую? — спросила она.

— Всё нужно сделать вчера.

— Ясно. — «Однажды я вырежу твоё сердце». От этой мысли Ли'Ес чуть не ухмыльнулась.

Он сжал губы.

— Не разочаруй меня на этот раз, Ли'Ес.

Подразумеваемая угроза наказанием повисла в воздухе. Как будто она не знала. Как будто это знание не изводило её каждый день.

— Не разочарую.

«А вырезав сердце, лишу головы».

Зазвонил телефон Эстапа, прерывая тревожную тишину, воцарившуюся между ними.

Нахмурившись, он взглянул на номер и махнул рукой в сторону двери.