Влада шарила в ящике, раня пальцы обо что-то острое, загнав занозу под ноготь, но не находила того, что так искала. Наверняка домовые, которые когда-то шарили по квартире, стащили даже полупустой коробок спичек и свечку.
Свет, сейчас хотя бы лучика света хотелось до одури – любого, самого маленького, только ничего не было. Как всегда в кромешной темноте, перед глазами начали плясать цветные пятна. Они выворачивались наизнанку, пульсировали и извивались, и Влада вдруг поняла – нет, в воронке ей было не так страшно. В той воронке был свет и пусть кошмарные, но яркие сны и не было такой одуряющей тишины вокруг. Страшно стало сейчас.
– Хотела домой? – Влада вдруг зашлась нервным смехом, начав разговаривать сама с собой. – Вот ты и дома. Даже померещилось прошлое и Анжелка на качелях. А мой дом-то реальный, только теперь он не на земле. Провалился во Тьму, похоже. Понятно, ведь мне на землю никогда не попасть, я существо без с-судьбы, без земного пути. Как же иначе, д-да?
Владу трясло так, что зуб на зуб не попадал. В руке была до сих пор зажата оторванная пуговица от рубашки Егора, а два багровых огня плясали перед глазами. Они оба были рядом с ней, оба только что были рядом! Чертовы законы магии, безжалостные, неумолимые!
Ей вдруг вспомнился страшный фильм, увиденный когда-то в детстве, где глубоко под толщей воды застряли водолазы. Она даже не смогла досмотреть до конца и выключила телевизор, настолько ее ужаснула мысль, как страшно людям было там, на глубине, когда над ними километры ледяной воды и неоткуда было ждать спасения.
А здесь было хуже толщи океана – неизвестная черная мгла иного мира, которая окружила ее со всех сторон, растеклась за окнами и дверью квартиры.
– Все просто прекрасно! В-все отправились по своим домам, – услышала вдруг Влада собственный голос, который отдавался эхом. – Егор сейчас в Пестроглазово, в своем старом доме. Он, конечно, удивился и говорит: «Ну, Владка, ты и выдала нам!» Конечно, дом у Бертиловых давно заброшен, но троллю это не страшно…
Эта болтовня слабо помогала сейчас, но Влада продолжала говорить и говорить, только чтобы вокруг не было ужасной тишины.
– Бертилов взмахнет рукой, и развалины превратятся в уютный коттедж… или огромный дворец! Потом он дойдет до остановки автобуса на главной площади, сядет на триста пятидесятый автобус и поедет в город. Там доберется до Носферона, побежит чудить в столовку, будет бесить преподов, получит плевок от Ады и нырнет в бассейн… – Воспоминание о бассейне было таким ярким, что Владе даже на секунду почудился плеск воды и теплый болотный аромат. – А Гильс наверняка уже в своем любимом доме на Большой Морской. Горит огромный камин, суетятся слуги-домовые. Они варят Темнейшему крепкий кофе. Гильс зол на меня, еще бы. Но пусть он живет спокойно, и Егор тоже… Представляю, что сказал Алекс, когда обо всем этом узнал! Ведь он когда-то приезжал сюда, на Садовую улицу, за мной. Когда меня швырнуло домой из зловоротни московского Носферона. Что бы он сказал на это, а? – Влада, сидя на полу, вдруг зашлась от нервного смеха, заткнув уши, чтобы не слышать, как в ответ смеется гулкое эхо. – Он бы юморил, отпускал свои фирменные шуточки. Конечно, опять Огнева повторила свой подвиг, как тогда. Слышишь меня, Алекс? Алекс! Алекс!!! – голос вдруг сорвался на истерические нотки.
Этот ответный веселый окрик прозвучал как гром среди тишины.
Вдруг вспыхнул, ослепил глаза свет, и все озарилось им – таким долгожданным и спасительным, пусть этот свет был тусклым и слегка дрожал, как свеча на ветру.
Высокий парень, топая тяжелыми ботинками, вдруг прошел сквозь входную дверь в прихожую. Это был, вне всяких сомнений, Алекс Муранов, а точнее – его образ, окутанный серебристой дымкой. Вошел и тут же исчез, точно так же, как пропали в один миг видения летнего дня во дворе.
Островок света потух, и снова мир вокруг погрузился в кромешную темноту.
Прошло несколько минут, за которые Влада перебрала в голове все возможные варианты того, что она только что увидела.
«Нет, не сон. И не иллюзия, которую, например, мог сотворить какой-нибудь тролль. Тролль никогда не создаст своим мороком точную картину прошлого, которого он не видел, всегда будут какие-то возможные вариации, лишь похожие на правду. А я видела в точности то, что происходило несколько лет назад, когда Алекс приехал за мной и зашел в эту квартиру. И ни одного тролля при этом не было. Как будто что-то откликнулось на мои слова и показало мне прошлое. Мой дар? Но раньше я видела лишь с закрытыми глазами сцены прошлого. Сейчас я вижу наяву. Что же это?»
Влада позвала Алекса опять, и снова повторилась та же сцена: вампир протопал мимо нее, не обратив никакого внимания, сказал те же слова и исчез.
– Нина Гавриловна, вы здесь? – подумав, позвала Влада давно пропавшую куда-то соседку по лестнице.
