От неожиданности Элла даже не попыталась проводить гостя. Вместо этого, зачем-то поправила кудри на затылке (те, которые давно потеряла в предыдущих трехсот тридцати трех стрижках), вздохнула, зачем-то прошла к входной двери… И с удивлением была вынуждена наблюдать появление из-за оной Арсения! Он топтался сейчас в коридоре, снова, похоже, испытывая какие-то трудности с речью, так как в ответ на ее удивленный взгляд по поводу своего возвращения, сказал только:
- Я тут мимо магазина проходил… Мы когда-то там были с тобой… Очень давно. А ты недавно рассказывала о Владькином центре творчества, о камне центра…
После этого донельзя информативного заявления, Сеня достал из кармана пиджака… Где-то она это уже видела… Она смотрела сейчас на уже знакомый ей браслет с темными камнями.
- Вот, возьми, - бывший супруг просто вложил комплект украшений ей в руку, после чего кивнул в знак прощания и смылся!
Ха-ха! Она прислонилась спиной к закрытой за Сеней двери. Что-то небывалое! Что вообще это сейчас было?.. Что происходит? Женщина недоверчиво ухмыльнулась.
Во-первых, пешком Сеня не ходит… Как понимать: «я тут мимо магазина проходил…», ведь зайти по дороге – не его вариант? Во-вторых, он еще помнит, где они вместе были, ведь даже она уже забывать стала?.. В-третьих, этот комплект – браслет и серьги – ручной работы, заказ клиента… Клиент – Сеня? Неужели?.. И, последнее… Зачем он это сделал? Почему он был таким нерешительным… Милым… Он же так ей нравится – такой.
Элка недоверчиво сморщила нос, еще раз вздохнула и поспешила вслед за пытающимся ускользнуть от нее на второй этаж ребенком!
- Владюся! Безобразие какое! Объясни немедленно мамусе, что там случилось? Чего папа приезжал? Что у Вас за секреты с недавних пор?.. - это интересовало ее едва ли не больше всего.
Ее ребенку пришлось остановиться. Он нехотя повернулся, глухим чеканным, странным для ее малыша чужим тембром, начал:
- Я не хотел, мама… Это как-то само получилось… Я не хотел!
И уже почти детским испуганным писком продолжал:
- Я просто психанул! Они упали… Я сначала думал, что они притворяются – прикалываются… Я все еще надеялся, когда они были уже мертвые… Я просто взмахнул рукой…
Мир – словно рухнул. Словно за окном не осталось ничего – ничего живого. Ни веточки, ни птичечки… Шок. Те несчастные дети – хулиганы бестолковые!- так и не смогли успокоиться после стычки с ее сыном! Хотя теперь – успокоились навечно. Как Сеня все это замял, хотя… Доказать факт смерти от взмахов рук – нереально!
Владислав сам еще не понял своей силы. Ее ребенок маленький – до сих пор не осознал потенциала своих возможностей! Ведь так?.. Ее малыш – маленькая бомба, неизвестно какое количество взрывчатого вещества с, Бог знает, каким радиусом поражения…
Она искала ответы:
Ей было нехорошо. Элла валялась на постели в своей спальне. Тяжелые атласные шторы почти не пропускали свет – в комнате царил полумрак… Так даже лучше. Она не могла, не хотела сейчас видеть ясно. Она забилась в эту комнату, как перепуганный мелкий зверек – в свою норку. Ей нужно было время, чтобы осознать невозможность произошедшего и все-таки смириться с ее реальностью… Женщина еще и еще раз невольно сравнивала свое отношение, реакцию на эти события, с каждым тревожным днем все плотнее сжимающиеся вокруг ее семьи зловещим кольцом, свое смятение – и совершенно-противоположную ее детской слабости позицию своего ни разу несовершеннолетнего сына. Он был взрослее… Жестче? Безжалостнее? Сильнее? Элла потянулась потереть лоб – мысли никак не хотели укладываться в какой-то приличествующий случаю порядок и замерла – пальцы дрожали. Напряжение все-таки прорвало психологический барьер. Ей нужна была поддержка. Она, взрослая дама, мать семейства нуждалась в помощи… Отчего-то всплыла в памяти выдержка из поста интернет-переписки: «Индиго вовсе не миротворцы. Они достигают положительного результата негативными, зачастую противозаконными методами…» И еще: «Если перед Вами младенец с фиолетовыми глазами – это 100% индиго».
Закрыла глаза, свернулась клубочком, улиткой, пытаясь спрятаться от окружающей пугающей ее действительности. Она не знала, сколько прошло времени – несколько минут или же часов, когда дверь ее убежища распахнулась.
