При этом покупатели попросили Дкачева не афишировать сделку, не сообщать о ней менеджерам и тем более сотрудникам предприятий и вообще делать вид, что все по прежнему принадлежит ему – губернатору региона Александру Николаевичу Дкачеву.
Это ему очень понравилось, так как позволило сохранить лицо и имидж не только высшего регионального чиновника, но и настоящего хозяина, что было важнее. Прибыль от деятельности своих, теперь уже бывших предприятий, правда, приходилось теперь отдавать.
Глава 11
Расчеты показали ВВП, что денег от продажи оставшихся в стране природных ресурсов на реформы уже не хватит. Даже если начать тратить заработанное на благоустройство всей огромной страны, то население этого в большинстве своем не заметит. Кажущиеся при подсчетах огромными суммами миллиарды долларов при дележе на нужды всех регионов растворялись как капля вина в стакане воды. «Размазывать» деньги по всей территории уже не имело смысла. «А значит, надо хотя бы в одном месте наладить нормальную жизнь», – вздыхал Владимир Владимирович, проводя свои расчеты. Как и все люди, он особо не верил в собственную смерть и собирался жить вечно. Несмотря на свои далеко за 50, премьер-министр был бодр и энергичен.
Конец эпохи нефтяных доходов означал начало затяжного кризиса в стране. При существующей очень слабой экономике, скорее всего, страну ждал голод. Времени проводить реформы, уже не было. Оказалось, что для них нужны не только деньги и воля руководства страны, но и желание всего народа. А с этим, как уже не раз убеждался ВВП, была самая большая проблема.
Была надежда, что эволюционным путем, живя пока на нефтяные деньги, удалось бы за 10-20 лет вырастить новые поколения управленцев, рабочих, учителей, врачей, чиновников, военных, фермеров – то есть фактически воспитать заново народ. Но, как оказалось, времени на это не оставалось.
И выход Владимиру Владимировичу виделся только один – создания региональных промышленных или сельскохозяйственных кластеров, распределенных согласно имеющимся на территориях ресурсам. И уже не важно, кто там будет работать – местное спивающееся население или мигранты из стран ближнего востока.
Важно было не допустить просто вымирания населенных пунктов, как это произошло со многими деревнями в глубинке. Надо чтобы города пока жили, чтоб не сбылось проклятье «быть здесь пусту». Ведь тогда он, ВВП, его семья и близкие окажутся в окружении врагов, которым не преминут захватить русские города «когда все начнется». «А с восточными баями шутки могут быть плохи, это вам не русские алкаши», – так рассуждал Владимир Владимирович, подписывая очередной указ об увеличении квот на иностранную рабочую силу.
В его голове тут же созрел очередной план спасения России. Хотя, теперь, стало ясно ему, название страны особого значения не имело. Важно было сохранить, во-первых, возможность влияния на территории страны, а во-вторых, не допустить никаких революционных событий. «Всегда важна эволюция, а не революция», – главный принцип, унаследованный ВВП из бурных 90-х годов 20 века.
Под постепенным путем развития государства ВВП ранее понимал выстраивание эффективной системы управления им, а затем перевоспитание народа. Однако, теперь, когда нефть была на исходе и доходы государства могли сократиться до минимума, важно было просто населить пустеющие земли неравнодушными людьми с трезвым расчетливым разумом. Поэтому ВВП и дал зеленый свет мигрантам из нищих Азиатских стран.
Однако, вечный Владимир Владимирович понимал, что если среди чернорабочих их будут терпеть, то в правящую элиту некоренному населению попасть очень сложно. Но именно на том, что мигранты постепенно станут тут своими, и строился его расчет. Надо было заставить приезжих азиатов считать эту страну своей собственной. Только тогда они смогут противостоять усиливающемуся нажиму американского государства и сочувствующих ему стран. Земля, семья и дом для азиатов намного более священные понятия, чем для вымирающего российского мужика.
Но опасения Владимира Владимиовича оказались напрасными – исконно русские элиты особо не ревновали к усиливающемуся влиянию мигрантов. Объяснение простое – русские уступали им свои места в разоренной стране, а сами перевозили свои семьи и переезжали в теплые страны Европы и американского государства. «Эволюция, однако», – усмехался Владимир Владимирович, глядя в отчеты правительства о выводе из России ежегодно миллиардов долларов.
Правда оставались еще сотни тысяч состоятельных россиян, которым ехать было некуда и не зачем. Да и сам ВВП не рассматривал даже возможности бегства из страны, которая скоро станет нищей. Беглецы его статуса очень скоро становились узниками тех стран, которые могли их приютить. Этот вариант Владимира Владимировича категорически не устраивал. Он привык быть первым и хотел им остаться навсегда.
Глава 12
