Отступление Юрия Долгорукого из пределов Киевского княжества позволило Изяславу в 1152 г. бросить свои войска на Галич. В союзе с венгерским королем он добился значительных успехов в борьбе против Владимира Галицкого.[161] Юрий, воспользовавшись отсутствием Изяслава, двинул свои войска на юг. К нему присоединились Сятослав Ольгович, половцы и вассалы Юрия — рязанские и муромские князья. Вероятно, поход к Чернигову был военной демонстрацией, хотя преследовал вполне определенную политическую цель. Ростовский князь стремился спасти своего союзника Владимира Галицкого, потерпевшего в этот момент страшное поражение от Изяслава Мстиславича. Юрий полагал, что появление его войск в непосредственной близости от границы Киевского княжества вынудит Изяслава вывести войска из Галича и перебросить их на восток. Расчет Юрия Долгорукого полностью оправдался. Как только его войска вступили в пределы владений Изяслава Давыдовича и осадили Чернигов, Ростислав и Святослав Мстиславичи, оборонявшие город, обратились за помощью к брату, и Изяслав был принужден срочно заключить мир с Владимиром, покинуть Галич и выступить в поход на Юрия. Добившись ухода войск Изяслава из пределов Галицкого княжества, ростовский князь, оставив вспомогательный отряд Святославу Ольговичу, вернулся в Суздаль.[162]
Через год, в 1154 г., Юрий Долгорукий повторил поход на «Русь». Но он также кончился неудачно. Дойдя до вятичей, князь Юрий отправил сына Глеба за половцами, а сам был вынужден вернуться из-за мора в «коних».[163]
Но вскоре в Киеве один за другим умирают Вячеслав Владимирович, а затем и Изяслав Мстиславич. На киевском столе пытается закрепиться его брат — Ростислав Мстиславич. Однако неожиданное нападение Изяслава Давыдовича черниговского вместе с Глебом Юрьевичем и половцами заставило его даже без заключения ряда с киевлянами покинуть город и выступить навстречу противникам. В битве под Переяславлем Ростислав был разгромлен и бежал в Смоленск.[164] Киев захватил Изяслав Давыдович.[165] Но он недолго продержался на великокняжеском столе — из Суздаля уже выступил с многочисленными войсками Юрий. При подходе Юрия к Смоленску навстречу ему вышел Ростислав, который целовал крест Юрию, «яко отцу», т. е. признал свою вассальную зависимость.[166] После переговоров с Изяславом Давыдовичем весной 1155 г. на киевский стол вступил Юрий Долгорукий.
Во время своего киевского княжения (1155–1157 гг.) Юрий Долгорукий придерживался традиционного для киевских князей курса «сдерживания» половцев, опустошавших юг Руси. Однако его методы, рассчитанные на прекращение набегов половцев, значительно отличались от действий предшественников. Он пытался урегулировать отношения с половецкими феодалами мирным путем, не совершая ответных походов в степь, как это делали Владимир Мономах и Мстислав. Тонкий дипломат, Юрий умело сочетал политику переговоров с военными демонстрациями, подкрепляя свои требования о прекращении набегов вполне реальной силой. Так, во время «снемов» с половцами в Каневе[167] и в Зарубе[168]многочисленные войска Юрия и его союзников были сосредоточены в непосредственной близости от места переговоров. В результате подобной тактики великий князь добился значительных успехов. Он не только заключил договор с половцами, но и вынудил их оказать помощь Изяславу Давыдовичу в борьбе против Святослава Всеволодовича.[169]
Княжение Юрия Долгорукого ознаменовалось установлением тесных дипломатических отношений с Византией, которые были прерваны при Изяславе. Через год после вступления Юрия на стол прибыл митрополит Константин, привезший князю благословение от святейшего собора.[170] Великий князь придерживался традиционного союза Мономаховичей с Византией[171] в отличие от Изяслава Мстиславича и его сыновей, заключивших союз с Венгрией.
