— А может, и солнце завтра не поднимется, — ухмыльнулся Милнер. — Не затем они сюда прибыли, чтобы несолоно хлебавши повернуть назад.
— Но в Риано-то они проторчали подозрительно долго, — возразил Фланк. — Как знать, может, они все-таки передумали и решили вернуться на острова.
— Что ж, в таком случае мне искренне жаль Ярласа — вставил Холмс. — Люди вроде него не любят оставаться с пустыми руками.
— Оно бы и неплохо, но… — начал было Пейтон.
И тут же замолчал и жестом призвал к молчанию остальных.
— Чувствуете? — едва слышно прошептал он. Речь шла не столько о шуме, сколько о дрожи, о ритмичных колебаниях соляной корки у всех под ногами.
— Они идут, — тоже почти беззвучно выдохнул Арледж, окидывая взглядом горизонт. — Но почему мы их не видим?
— Потому что они еще слишком далеко отсюда, — ответил Пейтон. — Мы бы их и не услышали, если бы они не так чеканили шаг.
— Они маршируют по соли в ногу, — изумился Милнер. — Они, должно быть, спятили.
— Ага, — согласился Пейтон. — Это чистое безумие.
— А вы можете определить, где они сейчас? — спросил Арледж.
— Нет еще, — смутился вожак археологов. — Но погоди немного. Ладно, пошли дальше.
Без каких бы то ни было вопросов все выполнили этот приказ. Черная гора нависала над ними, находясь на расстоянии всего в четверть лиги, ее гладкие вулканические откосы были черны, как ночь. И тут соль начала потрескивать — в глубине и вдали сначала, но этот треск становился все громче. Казалось, только что появившийся гул тут же слился с многократным собственным эхом, черпая силы в себе самом, пока все вокруг не заходило ходуном. Люди обменялись тревожными взглядами, бики нервно заплясали на задних лапках.
— Боги… это же не могло случиться так скоро!
Пейтон захрипел от ужаса, его глаза округлились в приступе внезапного страха. Его товарищам никогда не доводилось видеть такой реакции своего вожака на опасность. Пейтон помотал головой, словно отказываясь верить тому, что подсказывал ему инстинкт. И тут же разразился чудовищной бранью и огляделся по сторонам полубезумными глазами.
— Бежим! — заорал он.
— Куда? — с криком на крик ответил Холмс.
— К Блекатору, — велел Пейтон. — Это наш единственный шанс.
— Но нам же на него не забраться, — изумился Милнер.
— Хочешь жить, заберешься, — фыркнул Пейтон.
И ничего не добавив, он отшвырнул поклажу и налегке помчался к черной горе. Остальные последовали его примеру, вслед за людьми туда же устремились и бики.
А дрожь в глубинах соли нарастала и нарастала, теперь, наряду с гулом, можно было расслышать и иной звук, слабый, но его нельзя было спутать ни с чем другим, — это была мерная поступь войска.
Археологи уже бежали в тени, отбрасываемой горой. Пейтон не сбавлял скорости, Арледж с Милнером чуть не наступали ему на пятки. А вот Фланк начал задыхаться и приотстал. Холмс рванулся к нему на выручку и остановился только потому, что под ногами у обоих самым страшным образом затряслась соль. Обернувшись, они увидели невероятное зрелище: огромный столб соли вращался в воздухе с силой и яростью вулканического извержения. Он поднялся в целых двух лигах от них, но все равно производил жуткое впечатление.
— Давайте же! — крикнул Пейтон. — Он будет здесь с минуты на минуту.
И вожак, и двое его спутников уже добежали до подножия горы и теперь отчаянно обшаривали взглядами голый и отвесный склон в надежде высмотреть хоть какую-нибудь трещину. Начали взбираться, стараясь делать каждый шаг с предельной осторожностью, то и дело внимая подсказкам Пейтона. А Фланк как зачарованный продолжал глазеть на соль. Но вот Холмс добрался до него, ухватил за плечо и потащил за собой.
Отставшие примчались к горе и вслед за тремя первыми полезли наверх. Отчаянным рывком поднявшись на небольшую площадку, они решили, будто уже находятся в безопасности. Теперь соль грохотала несколько потише — но и это походило на раскаты ближнего грома.
— Я… не… могу… — судорожно выдохнул Фланк.
Холмс, забравшийся на пару шагов выше, остановился и бросил взгляд на расстилавшуюся внизу соляную равнину. Увиденное наполнило его душу невыразимым ужасом, но вместе с тем вдохнуло в него восторг перед несомненным явлением чуда. Приливная волна соли, пятикратно превышающая человеческий рост, накатывала на гору с невероятной скоростью. Она кипела и бушевала, взметая вихри и выплески кристаллически-белой соли. В каком-то смысле это было еще удивительней и прекрасней, чем сама волна, это еще более захватывало и вместе с тем представляло собой огромную опасность.
— Быстрее вверх, — скомандовал Пейтон.
— Давай! — заорал Холмс.
— Не могу… — простонал Фланк. — Ноги подкашиваются.
Холмс, перегнувшись вниз, подхватил своего молодого товарища, втащил его на уступ и полез дальше. Вот он забрался на следующий уступ и обернулся, собираясь повторить рывок…
