Осада
^^^
— Но ты же не станешь отрицать, что это выглядит как шутовская шапка? Разве мы сражаемся с грустными королями? — Бойрианн щёлкнула по бубенчику на шапке Траурника. — Что это за способность у тебя такая?
— Это не способность, а скорее другой взгляд на мир, — спокойно ответил Траурник, слегка наклонив голову, и железные кругляшки на его шапке мелодично зазвенели. — Я вижу только волны от звука и препятствия, о которые они разбиваются. Вот вы говорите, и я наблюдаю, как слова, словно рябь на воде, расходятся по миру.
— Я тоже так могу. Правда, только у Слизверта. И зловонное дыхание вместо слов.
— Бойрианн-хлебушек, может быть, тебе стоит брать плату с этого мирка, раз ты его обогащаешь такими сокровищами? — вмешалась Марианна. — Но не думаю, что шпиончика называют шутом из-за шапочки. Это было бы совсем глупенько.
— Шпионы и глупость необязательно несовместимы, — философски заметила Бойрианн. — Если судить по всех известных мне шпионах, то самая большая шпионская тайна — как они умудряются не падать в грязь лицом каждый раз, когда затевают что-то хитрое.
Траурник достал из кармана копию своей шапки и протянул её девушке.
— Что это? Мне не нужно видеть звуковые волны.
— Зато нужна шутовская шапка, которой ты её считаешь.
— Идём, Бойрианн-пирожочек. У нас ведь важная миссиюшечка, — Марианна взяла Бойрианн под руку и повела её к выходу из здания.
— Я же вижу, о чём вы говорите, девушки, — бросил им вслед Траурник. — Просто не мешайте людям готовиться к бою.
Столица сейчас напоминала раненую альму, но умную: она пересилила боль и затаилась. За последние три дня напряжение в городе стало почти невыносимым. Когда стало видно армию Траурников Прелата, тянущих осадные орудия, мысли о грядущей войне из голов перетекли в реальность. Воздушные корабли северян и раньше бросали на город зловещие тени, но тогда можно было представить, что они — единственные враги. Когда твои братья и сёстры по ордену располагаются в осадном порядке вокруг твоего города, представлять это становится сложнее.
Траурники Слизверта нашли где-то краску и теперь ставили на свою грудь синие отпечатки ладоней. Девушка понимала, зачем они это делают, и от этого знания ей было не по себе. Зря она догадалась.
Бойрианн пропустила стаю промчавшихся псевдогончих. После погони за ней девушка должна была бояться их, но кому это она должна? Это были лишь альмы, созданные из так называемых улиток магротой и разведённые Траурниками. Если уж и бояться, то того, кто натравил их на неё. Псаря, который замыкал свою стаю. В последнее время он гонял их ради тренировки или чтобы сбросить напряжение. Неважно, сейчас у Бойрианн есть более насущные дела, помимо страха.
Бойрианн и пошла по Столице, а Марианна пошла по Столице и рядом с Бойрианн. Девушка не сразу поняла, что она идёт по когда-то самой оживлённой улице города, где они с Мрачником смотрели на вечерние танцы горожанок. Теперь тут танцевал только ветер. Несмотря на постоянную деятельность Траурников Слизверта, Столица не стала чище. По-прежнему ей больше подходило слово “руины”, чем, скажем, “порядок”, “красота”, или “ярмарка смеха” (Бойрианн предпочитала ставить наверняка). Только снег стал совсем фиолетовым.
— Не работает твой план, Марианна, — обвинила подругу Бойрианн, наблюдая, как она что-то мурлычет себе под вуаль. — Этот Траурник был моей последней надеждой на слегка припозднившийся, но лёгкий успех.
— А почему ты вообще меня слушаешь, печенька с предсказаниями? Я шпиончиков никогда не ловила и вообще не должна, — легкомысленно заявила Марианна. — Ни опыта, ни ответственности. Это тебе какого-нибудь детективчика надо.
— То есть ты меня просто так выставляла дурой перед всеми? Спасибо, конечно, но я справляюсь сама.
