Я кивнула и принялась употреблять похожий на грушу фрукт. Он был сочный и аппетитный, но я попутно заметила, что он был словно в каком-то прозрачном масле. Это я заметила только после того, как почувствовала на языке какой-то солоноватый привкус и внимательно рассмотрела предложенную еду. Хмыкнув, я вопросительно наклонила голову набок, спрашивая шамана:
— Что это?
— Сок дерева. Прежде чем тащить фрукты в наш клан, я их обрабатываю маслом, и лишь потом кладу в сумку. Так они сохраняются дольше. Перед употреблением я смываю водой сок, но сейчас воды рядом нет.
«Значит, это продлевает срок годности фрукту. Полезно,» — оценила я, откусывая новый кусок. Эрдарион тем временем достал из сумки ещё один такой же плод и начал его спешно кусать, поглощая.
— Есть ещё один способ сохранить пригодность пищи. Сколько извержений света фрукт может находиться в хорошем виде? — на всякий случай уточнила я. Очевидно, хоть это и был мир, отличный от Земли, но многие физические законы применимы и здесь. И то, что фрукт в Огненных Просторах быстро теряет влагу и гниёт, не вызывало сомнений.
— Тридцать. Или три когтя, — доедая остатки фрукта, разъяснил Эрдарион.
— А если их высушить над огнём, не поджаривая их, то они будут сохраняться гораздо дольше съедобными. И ты сможешь унести с собой куда больше таких плодов. Это называется «фрукты без воды», — подметила я. Пришлось складывать слова «сухой» и «фрукты», чтобы хотя бы попытаться донести общую мысль, ибо обычное и понятное каждому человеку слово «сухофрукты» отсутствовали в речи дракх’кханов. Всё же язык общения между нами был далеко не русский.
— Фрукты… без воды, — попытался выговорить Эрдарион, почесывая свой золотистый гребень, — откуда тебе это известно? Плоды без воды станут непригодными.
— Когда найдём плоды, я покажу, как это сделать. Они всё ещё будут питательными, но сухими.
Эрдарион ничего не ответил, продолжая сидеть на вершине холма рядом со мной и наблюдать за окружением. Он ждал, пока я доем свой плод и отдохну, так что надо использовать это время с пользой.
Наш поход к скалам продолжался в течение нескольких часов через пустоши. Ни одной живой души мы не встретили, ни единого животного. Даже маленьких кецер в небе не было видно.
— Эрдарион… почему здесь так пусто? — заметила я, оглядываясь вокруг и прикидывая, что я могла упустить.
— Раньше здесь она была, — вздохнув, прояснил ши’хсад, — но когда вода высохла, то и жизнь ушла. Это вызвало переселение дракх’кханов дальше к большой воде. В горах ещё остались источники воды и пищи, поэтому там встречаются как опасные хищники, так и менее опасные не хищники.
— Ты имеешь в виду… поедающих траву? — переспросила я, пытаясь припомнить тех, на кого было безопасно охотиться. Из всех существ я могла выделить только кецер и уор’крабов. Кстати, слова «травоядный» тоже не было в языке дракх’кханов, поэтому мне пришлось опять складывать два слова в одно.
— Не хищников, Атакама. Но большая часть этих существ либо имеют слишком мало мяса, либо хорошо прячутся. Хищники смогли привыкнуть к скудному мясу, и они могут неделями искать добычу. Дракх’кхан тоже так может, но это ослабляет его, — пояснил мне золотистый. Я утвердительно рыкнула, понимая, что он имеет в виду. Регулируемый метаболизм — знакомая по учебникам биологии штука, но недоступная для обычного человека. А поэтому я не знала, как это использовать.
— А как мы можем это сделать? — решила выяснить я. Эрдарион чуть притормозил и поглядел на меня недоумевающим и возмущенным взглядом, так что я сразу притихла.
— Атакаме это не нужно. Лучше ускоримся, мы почти на месте, — рыкнул он и тут же припустил так, что мне пришлось едва ли не бежать, чтобы не отставать от шамана.
Наконец мы приблизились вплотную к скале, и Эрдарион принялся теперь идти вдоль неё, ощупывая одной лапой её поверхность. К счастью, он значительно замедлил шаг, и мои лапы были рады новой передышке. Так через несколько минут мы вышли к небольшому узкому ущелью между скалами, и там мы обнаружили подземный вход в пещеру, скрытый скалами от посторонних глаз.
— Атакама, жди меня здесь, — строго предупредил меня золотистый дракх’кхан и сразу же нырнул в тёмную пещеру, а я осталась ждать его. Ради интереса я решила приложить морду к скале и прислушаться к вибрациям, и уже через пару минут я ощутила сильное гудение, доносящееся из глубины породы. Скорее всего, это были те самые звенящие грибы, про которые я вспомнила. Затем оттуда послушался протяжный и неприятный хруст, из-за которого я едва не ломанулась вперёд, опасаясь за жизнь Эрдариона, но вслед за всем этим из темноты вынырнул и он, держа в лапе какой-то извивающийся отросток, что сочился мутноватой зеленой жидкостью.
— Съешь, — лаконично произнёс шаман, протягивая мне его. Я попыталась его взять, но тут же отпрянула, когда он сильнее начал извивался.
— Что… Это? — выдохнула я, понимая, что не хочу его даже касаться, не говоря уже о том, чтобы есть.
