Я начала понимать, что я ненавижу чувство бессилия, которое возникало у меня по мере продвижения вперёд. Я знала, что мы крупно рисковали, проходя через гнездо роуранов, и буквально один неверный шаг отделял нас от гибели. Хотелось просто поскорее оказаться подальше от пещер и больше никогда сюда не возвращаться. Я еле сдерживалась, чтобы не закричать от страха, когда из темноты показывалась очередная тварь.
Вдруг в один момент Эрдарион остановился и резко толкнул меня в грудь. Я пошатнулась и сделала несколько шагов назад, едва не упав, и в ту же секунду прямо передо мной пронёсся один из роуранов, хлюпая своими лапами по слизи. Слева от себя я заметила сотканное из какого-то белого вещества, похожего на воск, гнездо этих тварей. Оно напоминало во многом улей пчёл, только без сот. Именно туда и спешил очередной роуран, который едва не сшиб меня. В этот момент я ощутила, что ещё бы чуть-чуть, и наверняка на меня бы накинулись, и только предусмотрительность ши’хсада спасла меня от гибели.
«Фу-у-ух… Ты спас меня? Как ты успел это сделать?» — удивлённо подумала я и открыла было рот, чтобы спросить, но шаман беззвучно оскалился, явно показывая, что не стоит этого делать сейчас. Он просто молча показал крылом путь вперёд и направился дальше. Мне оставалось только последовать за ним.
Наконец, через какое-то время гнездо тварей осталось позади, а вскоре стихло и шипение, которое издавали роураны. Эрдарион протяжно вздохнул и остановился, усаживаясь у стены пещеры. К счастью, здесь уже не было слизи, а потому можно было не беспокоиться за возможный дискомфорт.
— Мы почти выбрались. Чувствуешь колебания воздуха, Атакама? — навострив гребень, негромко спросил меня золотистый дракх’кхан. Я подняла голову и прислушалась к ощущениям. Мой гребень и в самом деле обдувал прохладный приятный воздух, который доносился откуда-то спереди. Я уже предполагала, что это сквозной ветер, возникающий вблизи выходов из таких узких замкнутых пространств.
— Я хотела сказать тебе… Спасибо, — наконец, поблагодарила я Эрдариона за спасение, — если бы не твоё вмешательство…
— Предвидение, — перебил меня собеседник, — я почуял, что если не толкну тебя, то нам обоим конец. Роураны раскрыли бы наш обман, стоило бы хоть одному коснуться тебя.
Я удивлённо хмыкнула. Не ожидала, что предвидение способно и на такое. Другое дело — стали бы его называть так, если бы оно не позволяло предсказывать варианты будущего? И это было интересно для меня. Насколько же далеко можно было предвидеть его?
— Ты не рассказывал, что твои способности могут предсказывать события. Как ты это чувствуешь? — осмелилась спросить я, усаживаясь поудобнее.
— Расскажу, когда выйдем на поверхность. Самый опасный участок мы прошли. Если бы не наша возможность употреблять такой мощный яд, как у гнездовика, мы бы не отправились сюда. Но так сильно сократим путь.
Я в это время вспомнила, что Эрдарион упоминал ранее, что «сок» этого ползучего растения убивает обычного дракх’кхана, и решила уточнить этот момент:
— Ты говорил, что яд может убить нас, но мы всё ещё живы и здоровы. Что у нас особенного?
Ши’хсад издал протяжный вздох, будто устал или не хотел рассказывать, но затем произнёс, поглядывая на меня безразлично:
— У некоторых дракх’кханов могут быть свои особенности. В клане Рокхана считают проклятыми тех, кто отличается от других, однако сейчас наша большая устойчивость к ядам помогла сократить путь.
Я внимательно прислушалась к своим ощущениям, замерев на месте. В желудке ощущалась тяжесть и какое-то жжение, и я ясно чувствовала, как кровь по организму начала быстрее циркулировать, стремясь избавиться от ядовитых веществ поскорее. Это проявлялось и внешне: с передних клыков, что всегда выступали наружу, постоянно стекали капли ядовитого вещества, пачкая периодически моё тело. Возможно, именно поэтому наша обманка и сработала — весь организм боролся усиленно с вредными веществами, выделяя их и создавая иллюзию опасности для роуранов. А сами ядовитые железы, расположенные над клыками в носовой части морды, активно участвовали в фильтрации крови от вредных веществ. Про их наличие мне чуть ранее рассказывал Эрдарион, как небольшой знаток анатомии дракх’кханов. Ему же приходилось заниматься лечением соплеменников, поэтому он кое-что знал про биологию, пускай и весьма скромно.
Но в голове стоял немного другой вопрос, который вызывал у меня некоторые сомнения. И его я решила озвучить:
— Как ты это это определил? Что дало уверенность, что я не умру, как обычный дракх’кхан?
Эрдарион на секунду замолк. А затем коснулся моего плеча ладонью, проговорив:
— Снова предвидение. Если бы я увидел твою гибель в будущем, то не стал бы предлагать, — заверил он. Конечно, для меня это было не очень хорошим объяснением, а сейчас ши’хсад дал хороший повод расспросить подробнее про его способности.
