— Ты часто на него указываешь. Что, помимо мысленного общения и видений оно даёт? Как оно работает? — спросила я, осознавая, что уже давно желаю выяснить больше про эту мистическую силу. Мне не особо верилось, что я её смогу получить когда-нибудь, но это не отменяло банальное любопытство к тем явлениям, которые не объяснить обычными физическими терминами.
Какое-то время между нами стояла тишина, и я слышала лишь хрипловатое дыхание Эрдариона. То ли он не хотел мне много рассказывать про свою способность, то ли сам не понимал, как она работает. Сложно сказать…
— Это нелегко объяснить, — вздохнув, наконец, произнёс золотистый дракх’кхан. Он придвинулся немного ближе ко мне и какое-то время просто сидел, прислушиваясь к окружающим звукам, и лишь затем продолжил: — Я могу видеть то, что произойдёт потом. Это касается как событий, так и того, что ты хочешь сказать. Даже если ты это делаешь не вслух, то я все равно ощущаю, что ты собираешься это сделать. Так я могу слышать других, даже когда они молчат.
— А как далеко ты можешь увидеть события в будущем? Как ты можешь передавать свои мысли другим? — поинтересовалась я следом.
— Я лишь формирую мысленно ответ и так же мысленно обращаюсь к тому, кому хочу передать его. А события могу видеть недалеко совсем — лишь на пару шагов вперёд, — у дракх’кханов не было таких понятий времени, как секунды или минуты, поэтому я мысленно приняла его ответ за «несколько мгновений».
Конечно, я мало поняла из объяснений Эрдариона, однако я не ожидала подробного объяснения его эзотерической силы, а потому лишь вздохнула и задала последний интересующий меня вопрос:
— Этому можно научиться, как охоте и выживанию?
— Я не смогу научить Атакаму. Но духи — возможно. Мне помогли духи предков изучить предвидение. Мы скоро к ним попадём.
— А скоро — это когда? — мысленно усмехнувшись, уточнила я.
— Ещё три таких же перехода. Пока отдыхаем, скоро покинем пещеры.
«Поскорее бы,» — вздохнув, мысленно добавила я. В теле после долгого похода уже ощущалась слабость, и меня тянуло в сон. По безразличной реакции Эрдариона я догадалась, что он и устроил остановку для того, чтобы мы могли отдохнуть и отоспаться. Мы уже были довольно далеко от гнезда роуранов, так что в коридорах мог оказаться разве что случайно забредший житель пещер, и я, решив не терять время понапрасну, свернулась на голой земле, засыпая.
После отдыха я почувствовала небольшое головокружение и слабость, но Эрдарион заверил меня, что это следствие действия яда, и оно пройдёт, когда мы выберемся на поверхность. Доверившись ему, я дождалась, пока и сопровождающий меня дракх’кхан наберётся сил, после чего мы оба двинулись дальше.
Мы вновь шли тёмными коридорами, усеянных грибами и смертоносными лианами. В темноте также мелькали тени неведомых тварей, отличных от роуранов, но вот описать их внешний вид было невозможно — слишком неестественно и странно они выглядели. Эрдарион заявил, что такие твари обитают ещё глубже под землёй, и туда даже он не рискует ходить. И я была с ним полностью солидарна: я бы во второй раз не решилась преодолеть тот же путь, не говоря уже о том, что могло поджидать нас дальше. У меня от первого же раза душа в пятки ушла, а уж если рисковать еще сильнее — то убейте! Тем более, что в полной темноте страх многократно усиливается. Даже не представляю, что бы я делала без Эрдариона здесь.
Через какое-то время впереди сначала послышался слабый гул горячего воздуха, а затем впереди забрезжил долгожданный красный свет. Я уже хотела было ускориться, чтобы побыстрее увидеть поверхность, однако ши’хсад резко схватил меня за хвост и потянул к себе.
— Не иди! Впереди опасность!
Я остановилась, поверив ему, и правильно сделала: в ту же секунду прямо передо мной неожиданно раздался грохот и стук падающих камней, в результате чего выход наружу оказался наполовину завален крупной галькой и булыжниками. Оттуда сразу повалил какой-то дым вперемешку с пеплом, а между камнями начали пробиваться языки пламени странного синего цвета, что заставило меня тут же отпрянуть назад за спину Эрдариона.
Буквально в нескольких десятках шагов от меня происходило что-то непонятное. И это не нравилось ни мне, ни ши’хсаду…
Когда вспышки прекратились и вроде бы всё затихло, Эрдарион повёл меня наружу. Нам пришлось разгребать образовавшийся завал, чтобы выйти в окружённую со всех сторон горными хребтами долину. Место было живописным и интересным, однако моё внимание привлекло непосредственно то, что здесь произошло.
Едва мои глаза привыкли к яркому свету, как я заметила под завалами камней чёрную лапу, а под ней медленно, словно нефть, растекалась темная кровь. С поражённым охом я поняла, что она принадлежала одному из моих сородичей — дракх’кхану.
